Когда все занятия окончились, Медея Лунный Веер бродила по коридорам замка, останавливаясь в разных местах, прикасаясь, вслушиваясь в голоса Силы. Но ничего о Сердце Искусств не мелькало — ни намека, ни обрывка мысли или слова. Придется воспользоваться более сложными методами. Проведя так весь вечер, девушка вернулась в Башню Огня и завернула в альков. Пустынный и практически полностью темный коридор, освещенный только камином, приятно притягивал после насыщенного событиями дня. Дрова приятно потрескивали, ковер был необычайно мягок. Не хватало только чашечки какао для полного счастья. Армеди присела напротив камина, подобрав колени и подперев подбородок руками, закрыла глаза. Этим местом практически никто не пользовался, поэтому было не ясно, зачем вообще оно нужно. Но теперь лекарку этот вопрос не трогал.
Неизвестно сколько времени она так сидела, но внезапный звук со стороны лестницы заставил расслабленную девушку вздрогнуть. Медея повернулась и увидела Камиллу с Веро. Лавар выглядела бодрой и держала в руках стопку толстых книг по истории, а Хемайтл как-то подозрительно усмехалась, придерживая подмышкой темный сверток.
— Новенькая, чего ты тут сидишь? — заметив ее, бросила Веро.
— Наслаждаюсь тишиной.
— Это ненадолго.
Камилла сложила свою огромную стопку на диван, а сама присела поближе к Медее. Армеди заметила в стопке «Толстый справочник заклинаний» и «Арий. История континента. Том 1». Обе книги были старые, с полустершимися буквами, поэтому надпись читалась плохо. Но так как название было на арийском, девушка догадалась чисто интуитивно. Веро скинула темную ткань, извлекла бутыль из темно-синего стекла на два с половиной литра, такого же стекла стаканчики, и села рядом с Камиллой.
— Что это? — спросила лекарка, глядя на бутыль.
— Это напиток на основе шоколада и черники, — хитро улыбаясь, ответила Веро. — Немного сладкий, но и не крепкий. С утра никаких последствий.
— Ты уверена, что стоит это делать? — Лавар с сомнением посмотрела на подругу. Распитие хмельных напитков в Ламасторе запрещалось.
— Ничего страшного. — Веро откупорила бутыль и разлила густую, темную жидкость. — Мне уже восемнадцать, а через два года мы все покинем Ламастор. Отличная возможность поговорить и подружиться.
— Зачем тебе учебник по древней истории? — настороженно спросила Медея у Лавар, отпивая маленький глоток. По горлу приятно растеклась сладковатая чернично-шоколадная смесь, пряная и чуть-чуть терпкая.
— Потому что я люблю факты, добытые самостоятельно, — Камилла раздраженно дернула плечом, замолчала, сделала крупный глоток и расслабилась. — Я всегда любила учиться, поэтому на занятиях слушала с интересом. Но мне стало мало, поэтому с первого же посещения библиотеки, открыла для себя много нового. — Она снова отпила, опустошая стакан. — Из того, что преподает Захар, мне нравится мифология. Я самостоятельно ищу тексты и думаю, что в них больше правды, чем вымысла. Веро, откуда бутыль, кстати?
— Домашнее производство, — Хемайтл пожала плечами. — Брат прислал.
Лекарка внимательно посмотрела на собеседницу. В глазах Лавар читалась решимость и вера в то, о чем она говорила. Веро снова наполнила стаканы. Камилла сняла бант и распустила длинные, медового оттенка волосы, вытянула ноги к камину и блаженно улыбнулась.
— Лично я думаю, что ты преувеличиваешь, — бросила Веро недовольный взгляд на подругу. — Зачем разбрасывать свою жизнь на такие глупости?
— Это не глупость, а цель! — воскликнула Лавар, взмахнул кулаком.
— Значит, хочешь добиться своей цели, даже, несмотря на то, что тебя могут убить? — прищурив глаза, наконец, спросила армеди.
Камилла и Веро резко посерьезнели и уставились на лекарку. В глазах девушки появилась, присущая всем армеди, холодность и жесткость. Скорее всего, даже Лавар при желании могла бы попасть в Альмайнас, так как там тоже жили люди. А возможно смогла бы жить и в Арии. Солнечная Страна легко приняла бы девушку с большой внутренней силой и стержнем в свои чертоги. Вот только армеди никогда не примут ее, как бы та не старалась. Хемайтл настороженно буравила Медею взглядом, отталкивающим и неприязненным, тем самым, с которым она относилась ко всем за исключением Камиллы.
— Естественно. Неважно, насколько все сложно и запутанно, я разрешу эту проблему, — Камилла подкинула дерева в камин. — Я уверена, что Ламастор — творение армеди. Только что заставило их это сделать мне неизвестно. Древних свитков немного, около пятисот, и местами не хватает кусков текста.