Лиджей свернул за угол и стал ждать. На нем были простые плотные штаны, рубаха с жилетом, сапоги из грубой темной кожи, а поверх теплый шерстяной плащ — все это отличалось от повседневной одежды принца, но отлично помогало в путешествиях. Ожидание окончилось быстро. Через полчаса средним шагом Маргарет вышла и направилась вниз по улице, а за ней в отдалении и младший принц. Первым делом, они посетили пекарню на Первой улице. Это была небольшая лавочка, имеющая большую популярность у всего города. Леди Маргарет вошла, неторопливо вкушая свежий хлеб с горячим сыром, чем-то запивая. Лиджей был удивлен. Зачем нужно было где-то есть, если возможно позавтракать дома?
Он был не привередлив: мог спать прямо на земле, пить из дырявой посуды, мокнуть под дождем, потом простудившись, не требовать к себе особого отношения. Даже в замке Лиджей любил поесть в теплой кухне рядом с пышущей огнем печью. Об этих привычках слышали в городе и за его пределами, поэтому все любили младшего принца. За то, что в нем нет королевского высокомерия, за то, что он с таким теплом относится к своим подданным.
Это длилось около получаса. Принц все время наблюдал с улицы. Ему хотелось спать. Не то чтобы Лиджей любил спать полдня, но эту ночь спалось плохо. Он периодически зевал и потирал глаза. Наконец, Маргарет вышла и пошла вниз. Постепенно город просыпался. Где-то слышались звуки посуды, где-то плеск воды; кто-то радостно раскрывал ставни, а где-то наверху послышалось пение.
Леди Юнгейт шла не спеша, явно наслаждаясь прогулкой. Она остановилась у цветочной лавки, долго рассматривала цветы, нюхала их, что-то обдумывала, а затем, поговорив о чем-то с хозяйкой, пошла дальше. Она была известна многим, поэтому, когда улицы постепенно стали наполняться людьми, они с радостью приветствовали Маргарет, махали руками, звали заглянуть в свои лавки. Где-то она останавливалась, где-то бросив взгляд, улыбаясь, проходила мимо.
На Третьей улице леди Маргарет зашла к портному, явно собираясь задержаться там надолго. Лиджей огорченно остановился перед дверью, думая, как ему поступить. Получалась какая-то ерунда. Эта женщина не казалась подозрительной, она просто проводила воскресение за своими простыми дамскими делами. Возможно, что у нее будет и свидание.
Принцу казалось, что он занимается чем-то бессмысленным. Он хотел кушать, чувствовал усталость, потому что день был крайне однообразным. С другой стороны, это был шанс посмотреть на людей в столице, ведь он отсутствовал три месяца. От матери Лиджею достались кое-какие способности, он знал некоторые маскировочные заклинания. Именно это позволяло ему спокойно путешествовать по королевству, никем не узнаваемым. Благодаря учителям у него были хорошие навыки и обостренные инстинкты.
Лиджей повертел головой и приметил маленькую таверну. Там, заказав мясной суп, он присел у окна, из которого отлично просматривался вход ателье. Принц отхлебнул ложку супа, с удивлением обнаружил, что тот просто великолепен, и, быстро справившись с первой порцией, заказал еще.
Он просидел в таверне два часа, когда леди Маргарет Юнгейт вышла из ателье, в новом атласном платье темно-зеленого оттенка, поверх которого был надет темный плащ. Ее черные волосы, собранные в сложную прическу, украшали изумрудные шпильки. Подобрав юбки, она поспешно отправилась дальше. На этот раз принцу повезло. После трех улиц Маргарет повернула, и перед юношей предстала вывеска «Энри Гроу». Это было несколько удивительно, но и в то же время понятно, почему Драя что-то настораживало в Маргарет. Видимо, знакомство с Энри Гроу — женщиной, имеющей крайне дурную славу. Принц знал леди Юнгейт давно, она была подругой его матери. Независимый и гордый характер этой женщины поражал принца с детства, и ему мало верилось в то, что она хотела причинить вред королевской семье.
Маргарет вошла внутрь, а за ней, подождав несколько минут, зашел и Лиджей. Салон был популярен, а поэтому — полон. В воздухе витал запах сладких женских духов и табачного дыма, перемешанного с запахом какой-то травы. Везде на мягких диванах и креслах сидели люди. Все они были дворянами, некоторых из которых Лиджей знал в лицо. Свое популярное выступление, которое Энри проводила в каждый прием, уже закончилось, и все просто расслаблялись.