— А что за Древняя магия, о которой говорили старшие? — спросила она, вспоминая сегодняшние перешептывания девятнадцати армеди Круга.
— Это то, что было много лет назад, — ответил Рамайтон, записывая формулу. — Считается, что раньше Арием правили Боги-Драконы. Их было семь. Они были справедливы и добры, поддерживали порядок и равновесие, защищали Арий от зла. Так утверждает легенда, сохранившаяся на глиняных табличках. Но это лишь фрагменты. Даже изображений Богов не осталось.
— А где же они теперь? Почему ушли?
— А вот это никто не знает, — Рамайтон пожал плечами. — Возможно, в Эфирный мир. На это никто ничего не может сказать. Видишь ли, факты отсутствуют. Следы древних лет практически пропали.
— А от кого они защищали Арий? — спросила Медея. В Арии все жили миролюбиво, трудно было предположить, что кто-то мог желать зла своим собратьям.
— Об этом там тоже не упоминается. Сказано только про Темный остров, но тот давно отделен барьером.
И Рамайтон продолжил записывать, показывая, что не намерен больше разговаривать. Но Медею заинтересовал тот разговор, который ей удалось подслушать, а спросить прямо у Мудрейшего, девушка не решалась.
Вот так и началась цепочка вопросов, ответы на которые до сих пор не найдены.
Вспоминая этот разговор, лекарка подумала, как наивна была. Впрочем, все это случилось давно. Она взглянула на свои записи: «Чтобы увидеть, нужно сжечь. Темный предмет тому пример. Первая печать падет. Удел второй печати — переменчивость. С третьей печатью лишь боль, что шесть жертв отдадут. Сила проснется, и беда тому, кто овладеет ей».
От написанного Медее стало неприятно. Словно ее предупреждали об опасности, словно ничего хорошего от артефакта не будет. Собрав бумажки, девушка поднялась и направилась к выходу.
«Ты пожалеешь!» — послышался шипящий звук, будто со всех сторон. Испуганно оглядевшись, лекарка решила, что ей показалось, и вышла.
Глава 11
Над долиной Памирас поднималось яркое летнее солнце. Солнечный свет проникал в оконный проем бамбукового домика армеди Медеи Лунный Веер, падал на подушку, освещая лицо, а затем спрыгивал на пол. Свет был еще молодой, почти не пригревал, позволяя им насладиться, не щуря глаза и не отворачивая лицо. Ее домик находился в отдалении от основного поселения армеди, почти у самых гор, с севера и запада, защищающих долину. Основное поселение армеди располагалось восточнее и ближе к потоку реки Милар, тянувшейся от горной цепи и впадающей в Мефалейский залив. У Медеи было несколько причин для жизни в отдалении — дружба с Тарелиалом, хоть они и виделись три раза, что дружбой назвать можно было с натяжкой, и холодность членов Совета.
Практически все дома армеди были деревянными и строились из дубов, пихт или сосен. Домик Медеи единственный из бамбука. Жилище было небольшим: маленькая кухня, с очагом посередине; спальня с туалетным столиком, двуспальной кроватью и сундуком для одежды; ванная комната с большой круглой ванной — все это досталось девушке от родителей. Рамайтон сохранил дом предательницы — матери девушки, что многим не понравилось. Злые языки, которые встречались везде, считали, что Глава армеди проявляет повышенное внимание к маленькой сиротке.
В конце кровати, пуская дымок, спал Фириз. Дракончик любил отдыхать рядом. Все его поведение выдавало независимую привязанность — он позволял себе проявлять нежность и покладистость только на свое усмотрение. Просыпался дракон первым: сначала открывал один глаз, через пару секунд второй, широко и продолжительно зевал. Потом подлетал к Медее и, издавая легкий шипящий звук около ее уха, таким образом, будил девушку. В этот день Фириз, разбудив ее в привычной манере, издал звук, похожий на щелчок и вылетел в окно, не дав ей добраться до своего носа. Девушка поднялась и, поежившись от прохладного воздуха, стоявшего в спальне, отправилась совершать утреннюю гигиену.
Потратив на сборы около часа, армеди отправилась на собрание, которое проводилось Кругом Светлейших в Титалейских горах. Практически все важные убежища, скрытые сильной магией от посторонних, находились именно в горах. Отчего так пошло уже никто не помнил, но это облегчало армеди работу. Когда Медея пришла, практически все были в сборе. Девушка невольно поежилась.