- Да. К сожалению, воскрешать можно других, но не себя, - медленными движениями, она опустилась на теплый камень. - Когда остальные придут, ничего говори, пожалуйста. Все равно уже ничего изменить нельзя. А даже и можно было, то в этом нет смысла, потому что ск
оро мы отправимся в Эфирный м
ир.
- Но будут ли у тебя еще силы?
- Не смотри на меня, как на беспомощную! Это раздражает.
Пторолей молча
кивнул. Возможно, он сказал бы что-то еще, но ругаться в такой момент было бы неправильно.
Со стороны лестницы послыша
лись шаги. Хельгана и Авролсин
на
конец-то
закончили. Теперь осталось самое главное - провести ритуал для перехода. Благо погода этому способствовала. Стояла лунная безветренная ночь.
Они разошлись по сторонам света
: Гардарика - на восток, Птороле
й - на юг, Авролсин - на север и Хельгана - на запад. Теперь они
вместе будут творить заклинания
и
читать молитвы, после чего начнут
постепенно растворяться в небытие...
****
Армеди Медея Лунный Веер полчаса стояла на полянке среди дубов. Артефакт, переданный посланцем вместе с письмом от Рамайтона, действительно помог ей найти точку перехода. Вокруг мягко располагалась тишина, окутавшая небольшую зеленую полянку, напоминавшую тарелку, и деревья. Ветер также отсутствовал, поэтому у нее было нехорошее предчувствие, и она все еще сомневалась, правильно ли поступает. В конце полянки, между двух раскидистых, могучих и древних дубов, виднелся остов старого колодца, полуразрушенного, покрытого травой и мхом. Он зиял черной, непроглядной дырой, лишенный дна. Девушка действовала интуитивно и, сокрушенно вздохнув, кинула поисковый артефакт прямо в колодец.
Артефакт упал бесшумно, и, когда достиг воображаемого дна, возник чудовищный, свирепый ветер. Он срывал листья и гнал их в промежуток между дубами. Вся маленькая полянка наполнилась смесью ветра и листьев. Деревья, словно в припадке, раскачивались из стороны в сторону, и, казалось, еще мгновение, и они рухнут. Но этого не произошло, и через несколько секунд все стихло. Медея открыла глаза, и поняла, что находится где-то в другом месте. Нет, она стояла в лесу, но в глухом и холодном - хвойном лесу. Но больше ничего здесь и не было. Один лишь сплошной лес, лишенный тропинок и просто поражающий своей дремучестью. Только арийские леса могли бы посоперничать с ним.
Черный лес поприветствовал ее полумраком, и не оставалось ничего другого, кроме как идти вперед. Медея поправила неприятно оттягивающий плечо походный мешок и направилась вглубь. Хотя было не ясно, в какой именно части лесного царства она находилась. Пройдя совсем немного, девушка решила взлететь, но магия никак не отозвалась на ее призыв. То ли из-за редкого использования случился сбой, то ли что-то другое препятствовало. Лекарка чувствовала себя неуютно, все деревья вокруг наблюдали за ней сотней глаз, проверяли вторгшегося чужака. Стояла тишина, и это еще больше настораживало. Не стрекотали насекомые, не пели птицы, не было ветра и шороха листвы, отчего лес казался мертвым. Лес думал, принимать ее или нет, Сила молчала, будто город магов жил в другом мире, что практически так и было, ему было безразлично, что она армеди.
Через несколько часов, а может, минут или секунд, - она не ощущала времени, - когда Медея устала идти, а в глазах рябило от стволов, лес расступился, пропуская ее на каменную дорожку, идущую меж деревьев в поля. В пятидесяти метрах от места, где она стояла, высились вверх огромные кованые ворота. Лишенные ограждения, они смотрелись несколько нелепо, но в медной ковке ощущалась сила и древняя красота. Стоило подойти, и ворота распахнулись сами, пропуская неизвестную гостью. Когда она вошла на территорию, предназначающуюся замку, а это, несомненно, была она, ворота со скрежетом захлопнулись.
То, что Медея приняла за поля, оказалось огромной долиной, в которой разместился город, усеянный домиками, как грибами. Через пятьсот метров перед девушкой предстали еще одни ворота, несколько меньше первых, но такие же одинокие. Постепенно опускались сумерки. Сам Ламастор - крепость магов - виднелся на полтора километра впереди. Перейдя вторые ворота и подходя все ближе к замку, девушка стала замечать разноцветные линии, пересекающие территорию с разных сторон: голубые, красные, зеленые и белые, они причудливо делили землю, словно границы государства. От разноцветных линий пахло сильным волшебством, казалось, еще чуть-чуть и воздух затрещит.
Город оказался пуст, глух и как будто мертв. Но лекарка была рада, что никого не встретила и, очутившись у замка, расслабилась. Вблизи замок выглядел отталкивающе: весь темный, из черного камня, невероятно мощного, с узкими окошками и острыми шпилями. Башен виднелось семь, одна из которых держалась особняком и была больше остальных. С виду действительно, создавалось впечатление оборонной крепости. Медея же почувствовала странное спокойствие, словно оказалась дома, какое бывало в Арии.
Некоторое время Медея стояла у входа, не шевелясь, вдыхая воздух, наполненный запахами дерева, травы, сладости, солнца, чего-то знакомого. Наконец, когда она, собравшись с духом, подняла руку, ворота распахнулись, и девушка увидела старого угрюмого человека. На нем были потертые панталоны и потрепанный временем замызганный камзол. На морщинистом, резко очерченном лице, похожем на чернильный набросок, не отображалось ни одной эмоции.
- Я... - начала было лекарка, но человек только кивнул и шире открыл створку, пропуская ее внутрь.
Затем, он ни слова не говоря, отправился к замку, а внутри наверх по лестнице. Медее ни оставалось ничего, как последовать за ним.
****
Сбившись со счета, сколько они прошли, лекарка даже не обрадовалась, когда старик остановился у небольшой деревянной двери. На самом деле, они пересекли три башни очень странным путем, о котором знал только ее безмолвный провожатый. Старик открыл перед ней дверь, впустил внутрь и тут же удалился. Медея не удивилась, прикрыла дверь и обвела взглядом комнату. Обычный набор - кровать, стол, пара полок и небольшая тумба для одежды. Только темные, бордовые, тяжелые шторы выбивались из этой обыденности. Да, снаружи крепость выглядела совсем иначе, чем внутри.
Армеди подошла к кровати и сбросила свой плащ, казавшийся неподъемным. Осторожно открыв походный мешок, она достала несколько свитков, перевязанных разноцветными ленточками, толстую, оббитую, с потертой кожей, книгу с медной застежкой, небольшой красный бархатный мешочек и два синих замшевых чехла. Когда девушка добралась до дна, оттуда выпрыгнул недовольный Звончик, взъерошенный и обиженный подобным обращением. Фириз уже пристроился на подушке, слетевший с ее плеча минутой ранее.
- Просто кошмар! - возмущался кот, приводя себя в порядок. - Это издевательство какое-то!
Пропустив слова друга мимо ушей и отложив мешок, звякнувший эликсирами, в сторону, девушка приметила на кровати одежду. Это было легкое серебристое платье, аккуратные черные башмачки с маленьким каблучком и бордовая широкая лента из атласа. Переложив вещи на тумбу, лекарка взяла большое полотенце и отправилась искать купальню, чтобы отдохнуть и смыть дорожную пыль.
Только пройдя несколько раз по этажу, она приметила боковую лестницу, ведущую вверх. Комната была престранная, лишенная окон, словно подземная пещера, сверху свисали сталагмиты. Свет в ней излучали маленькие голубые и оранжевые цветочки, с виду стеклянные, которые находились на неимоверной высоте. Сама "ванна" была из темного мрамора, до краев наполненная водой. По форме она напоминала корыто и чем-то смахивала на кратер вулкана. Медея несмело подошла к ванне и потрогала ее рукой. Камень был теплый, приятный, как будто нагретый за день жарким солнцем, а вода горячей. Армеди, не раздумывая, разделась и нырнула в воду.