Санхар, почти не целясь и выпуская одну стрелу за другой, поразил первые четыре мишени, вогнав в красный центр по три стрелы. Он стрелял с такой скоростью, что стрелы летели сплошной линией, едва не касаясь наконечниками оперения впереди летящей. Зрители затаили дыхание, наблюдая за его стрельбой. Поразив четыре мишени, Санхар замер на мгновение, глядя на две последние, самые дальние, поднял лук и так же быстро выпустил оставшиеся шесть стрел.
Как только стрелы попали в цель, помощники распорядителя бросились к мишеням и сообщили результаты – девяносто очков! Все стрелы попали точно в центр мишени, а две даже расщепили предыдущие.
Зрители взорвались приветственными криками и свистом.
С такой же ловкостью и точностью Санхар бросил копья, причём, ближние мишени копья пробили насквозь. Сбил он и все десять летящих «уток» и бегущих «зайцев». А когда пришлось бросать копьё на дальность, Санхар благоразумно повернулся в сторону моря, опасаясь поразить кого-либо из зрителей. Пущенное сильной рукой, копьё со свистом унеслось вдаль, упав где-то посреди бухты.
Когда он вернулся в королевскую ложу, его провожали крики зрителей, скандирующих его имя. Выражение лица лорда Анидиса сменилось с грустного на кислое. Но он всё же выдавил из себя улыбку и вежливо произнёс:
– Поздравляю, милорд. Вы продемонстрировали поистине поразительные способности.
– Детские шалости, – не удержался от шутки Санхар. – Такими забавами я развлекался в пятнадцатилетнем возрасте.
Лорд надулся и промолчал. Больше он не предлагал Санхару принять участие в соревнованиях, пока не начались вооружённые поединки. Они тоже были иными, чем в других странах. Там поединки велись, в основном, на мечах, ну, иногда с копьями или ножами. Здесь же каждый соперник выбирал оружие по вкусу: палку, нож, булаву, меч, тесак, топор, да хоть камень.
Самое интересное началось, когда на арену вышли виолки. Эти действовали более профессионально: меч, знаменитый виольский шнурок-удавка, нож, рукопашная. Поединки, в основном, подразделялись по этим четырём категориям, но, конечно же, в каждом поединке могли присутствовать все четыре элемента. Поединок либо заканчивался чистой победой, когда один из соперников был выведен из строя или признавал себя побеждённым, либо победа присуждалась по очкам, которые выставляли трое судей, если соперники были равны по силе и умению.
И вот здесь лорд Анидис снова оживился. Шёл третий день турнира, и уже выступили почти все участники соревнований.
– Не желаете ещё раз потешить сердце нашей прекрасной королевы, сударь? – обратился он к Санхару.
– С удовольствием, – ответил вельх. – А то я уже заскучал, глядя, как развлекаются другие.
– Тогда следующий выход ваш… Не возражаете, если я выставлю против вас бойцов по определённой схеме?
– Нет… А вы не будете возражать, если я, войдя в азарт, случайно кого-нибудь покалечу или убью?
Тайный советник и королева переглянулись, и лорд Анидис осторожно ответил:
– Если соревнование будет честным и вы не примените боевое оружие…
– Нет, конечно же нет! Более того, чтобы сравнять мои силы с силами ваших бойцов, я обязуюсь драться без оружия и с завязанными глазами. Это будет более, чем честно, как вы думаете?
– Вам виднее, – ответил удивлённый неожиданным предложением советник.
– Что ж, тогда я иду на арену…
Глашатай вновь выкрикнул его имя, и амфитеатр зашумел в предвкушении зрелища.
Санхару надели на глаза чёрную плотную повязку и оставили одного в центре арены. Он расслабился, а затем сконцентрировался, активировав внутреннее зрение, и начал ощущать пространство вокруг себя на расстоянии нескольких десятков шагов, отрешившись от всего остального. Он знал и чувствовал всё, что происходило вокруг него – даже крошечных насекомых, живущих под песком, даже пролетающих над амфитеатром чаек.
Вот в этот очерченный мыслью круг вошёл человек… Мужчина, воин, высокий, вооружённый мечом и ножом. Он приближался слева, осторожно ступая по песку, стараясь двигаться бесшумно. Но Санхар не только чётко слышал скрип песчинок под его ногами, сдержанное дыхание и стук сердца, он ЗНАЛ его намерения, ЗНАЛ, когда, чем и куда он нанесёт первый удар, и спокойно ждал, не двигаясь, когда он приблизится на расстояние удара. И как только мышцы противника напряглись, приготовившись к выпаду, Санхар высоко подпрыгнул, перевернувшись в воздухе, приземлился за спиной ошеломлённого воина, и нанёс ему удар ребром ладони в основание шеи. Тот рухнул на песок, как подкошенный, не успев осознать, что же с ним произошло. Санхар переступил через неподвижное тело и вновь встал на своё место, сложив на груди безоружные руки.