Санхар стоял у борта, не обращая внимания на суету матросов за спиной, и любовался отблесками заката на волнах и в небе. Он чувствовал напряжение и тревогу, царившие на корабле, но, понимая их происхождение, не беспокоился. Его почти божественное тело быстро приспособилось к новым условиям, и качка на него не действовала. Тем более, это не первый его выход в море. А вот бедная Тарра, совсем больная и обессиленная, лежала в крошечной каюте. Акс сидел рядом с товарищем, поглядывая на пробегающих мимо людей безразличным взглядом.
Последний отсвет заката угас на западном горизонте, и паруса корабля расплылись серыми призрачными пятнами. Фиолетовое небо усыпали мириады звёзд, глядя вниз холодным равнодушным взглядом вечных созерцателей. Санхар запахнул на груди плащ, так как с севера налетел первый порыв холодного ветра – разведчик и предвестник надвигающейся бури. Обвисшие паруса наполнились, и корабль побежал быстрее. Капитан отдавал какие-то приказы, громко крича и сыпля проклятиями, и матросы, невзирая на темноту, суетились всё быстрей.
Ветер крепчал, и парусник ускорял ход. Он стрелой летел на юг, а матросы манипулировали с парусами, чтобы ещё больше увеличить скорость хода. По-видимому, капитан надеялся обогнать шторм или достичь какого-то определённого места до того времени, как буря их догонит.
Санхар ушёл в каюту и Акс поплёлся следом. Он не любил маленькое душное тесное помещение, но и не хотел расставаться с другом.
Тарра спала, скрутившись калачиком на узкой койке. Санхар не стал её тревожить, а уселся в кресло у крошечного окошка, куда проникал свежий воздух, вытянул ноги и расслабился. Мать научила его засыпать в любой обстановке и при любых обстоятельствах, поэтому, несмотря на неудобство положения, он вскоре уснул.
Разбудил его толчок, такой сильный, что Санхар вылетел из кресла и упал на растянувшегося у порога Акса. Сверху на него обрушилась визжащая от ужаса Тарра. Открыв глаза, Санхар увидел, что каюту наполняет серый сумрак рассвета. Корабль, словно взбешенный конь, бросался из стороны в сторону, жалобно скрипя обшивкой, а извне доносился гул разбушевавшейся стихии: свист ветра в снастях, шум и рокот волн, неистовые раскаты грома. С трудом успокоив перепуганную рабыню, мужчина велел ей оставаться в каюте, а сам решил выйти на палубу и осмотреться.
Снаружи неистовствовал ветер и хлестал ледяной дождь. Санхар мгновенно промок до нитки. С трудом удерживаясь на мокрой пляшущей палубе, добрался до борта. Акс не пожелал последовать за ним, выставив в дверной проём лишь тревожно вздрагивающий нос.
Санхар посмотрел вперёд, сквозь пелену дождя и срываемых ветром с верхушек волн брызг, и содрогнулся: слева по борту торчали зазубренные чёрные клыки скал. Волны, налетая на них, возносились в высоту фонтанами брызг. Дальше темнела громада какого-то острова. Между рифами и берегом простиралось бушующее пространство кипящей воды.
Внезапно воздух сотряс оглушительный скрежет и треск, корпус корабля содрогнулся от удара. Санхара чуть не выбросило за борт, и он упал, вцепившись в леера мёртвой хваткой. Никто на палубе не устоял на ногах. Отовсюду послышались крики ужаса, стоны и проклятия. Судно приподнялось, на него обрушилась огромная волна, жадно вылизав палубу пенным языком. Несколько человек вылетели за борт, смытые водой. Корабль вознёсся вверх на пенистом гребне, а затем волна швырнула его на хищно оскаленные рифы. Удар сотряс судно от киля до верхушек мачт, послышался жалобный треск, и корпус начал оседать в воду.
Лишь пара сотен шагов отделяла тонущий корабль от гладкого песчаного пляжа, однако это пространство казалось кипящим котлом, где взбитые ветром волны толкались посреди хаоса подводных скал. Взгляд Санхара беспокойно метался по серым и черным громадам, что проступали сквозь белое кружево пены. Добраться до берега вплавь невозможно: бушующие волны непременно разобьют пловца о скалы.
В него вцепилась чья-то рука и Санхар ощутил присутствие Тарры.
– Господин, мы погибнем? – перекрикивая шум бури, спросила девушка.
– Вполне возможно, милая, – ответил мужчина. Он чувствовал её страх и отчаяние, и, желая успокоить, прижал к себе. Рабыня укрылась в его объятиях, ища защиты, и тут Санхар почувствовал приближение угрозы. Оглянувшись, увидел огромную, тускло сверкающую водяную стену, надвигающуюся на корабль. Он понял, что это конец, и, крепче прижав к себе трепещущую девушку, спокойно ждал последнего удара.