Санхар сообщил о своём отъезде и Лукиану. Молодого барона, которому все эти годы Санхар был сильной поддержкой и мудрым советником, расстроило известие. Он уговаривал его остаться, обещал всяческие блага, но Санхар ответил твёрдым «нет».
– Хватит опираться на клюку, Лукиан. Ты достаточно силён и мудр, чтобы самостоятельно управиться со своим хозяйством. Я научил тебя всему, что знал и умел. Пора становиться тем, кем ты рождён – единоличным правителем и владыкой. У тебя есть хорошие помощники, на которых можешь смело положиться: капитан Ричар и дворецкий Атрикс. Они служили твоему деду, служили мне, послужат и тебе. У них есть немалый опыт и мудрость старости. Прислушивайся к их советам, но решения всегда принимай самостоятельно.
Капитана Ричара и многих воинов тоже огорчило известие о скором отъезде принца. Они понимали, что теперь Белый Барон покинет их навсегда. До сих пор одна лишь его грозная слава держала многих завистливых и агрессивных соседей в узде, и умудрённые опытом вояки опасались, что после отъезда Санхара могут начаться тяжёлые для бароната времена.
Как-то вечером Ричар привёл к Санхару младшего сына и сказал:
– Милорд, это Рисен – мой самый младший… Он и несколько его товарищей просят принять их на службу, и желают сопровождать вас в походе.
Санхар посмотрел на юношу, которому не было ещё и двадцати, и спросил:
– А что он умеет, кроме игры в мяч и порчи рабынь?
Юноша смутился, а Ричар скупо улыбнулся.
– Он ещё молод, милорд, это так, но я обучил его всему, что должен знать и уметь «горный волк». Смею вас уверить – это настоящий «волчонок».
– Если ты так утверждаешь – верю… Но я больше никогда не вернусь сюда. Если он уедет со мной, то, возможно и наверняка, никогда больше не увидит родной дом. Отпускаешь ли ты его от чистого сердца и согласен ли он сам навсегда покинуть отчий дом? Рисен?
– Да, милорд! – с горячностью воскликнул юноша. – Я всегда мечтал увидеть другие места и страны, мне надоело сидеть в тесноте границ бароната!
– А что скажешь ты, Кайс?
– Да, милорд… Пусть едет. Он всегда был непоседой. Служба у вас даст ему больше знаний и опыта, чем в нашей дружине.
Санхар задумался. Вообще-то, он не планировал брать кого-либо с собой, кроме Грациана, если тот согласится. Но небольшая собственная дружина может ему пригодиться в полном опасностей и неожиданностей путешествии. Это придаст ему вес в глазах встречных, и не придётся отвлекаться на собственную безопасность, когда он будет путешествовать с Элфиной.
– Тогда деловой вопрос, – сказал он после непродолжительного молчания. – Я сейчас не смогу вам платить по достоинству, ведь я теперь не барон, а простой обыватель.
– Достаточно, если вы позаботитесь о нашем пропитании и одежде, – ответил Рисен. – А когда мы докажем, что стоим большего, тогда и поговорим о достойном жаловании.
– Ты такой же мудрый, как и твой отец, – с улыбкой одобрения ответил Санхар.
Через несколько декад небольшая вереница всадников покинула ворота замка Сабуотер и направилась на север, углубляясь в дебри Ледеберга. Впереди бежал Акс, высматривая и вынюхивая ближайшую опасность, за ним ехал Грациан, следом Санхар с сидящей на коленях Элфиной. Позади двигались шестеро дружинников во главе с Рисеном Ричаром, которого Санхар назначил командиром своего маленького отряда. Все дружинники – товарищи и ровесники командира, и за каждого тот поручился перед господином своей головой, сказав, что они храбрые и умелые воины и надёжные товарищи. В качестве оплаты Санхар пообещал передать юношам своё воинское мастерство, чему те искренне обрадовались, так как с младенческих лет слышали о доблести и непобедимости Белого Барона. И теперь, на ночных привалах, после разбивки и обустройства лагеря, Санхар добросовестно тренировал своё «войско».
Уже после первых дней путешествия, которое проходило дикими безлюдными местами Ледеберга, Санхар по достоинству оценил своих воинов, и был рад, что согласился взять их на службу. Одна пара глаз – хорошо, две пары умелых рук – отлично, но когда и глаз, и ушей, и рук очень много – великолепно! Правда, его ментальные способности плохо действовали при больших скоплениях народа. Это всё равно, что пытаться расслышать плеск бегущего неподалеку ручья, стоя возле ревущего водопада. Их мысли и сумбурные эмоции сбивали его с толку и смазывали картину «видения» окружающего пространства. Так отклоняет намагниченную иглу большой кусок магнитной руды, лежащий рядом.