– Отныне этот город принадлежит и тебе, леди Элфина!
Девушка повернула голову и взглянула в мудрые глаза опекуна. В её сияющих от восхищения глазах отразилось лёгкое недоверие.
– И я буду жить в этом прекрасном дворце? – спросила она.
– Конечно.
– И жители будут мне кланяться при встрече и называть «леди Элфина»?
– Да.
– И я буду… принцессой?
– Если хочешь.
Элфина минуту смотрела на принца, не в силах произнести ни слова от избытка переполнявших её чувств, а затем бросилась на шею опекуну и прошептала:
– Я люблю тебя, папа!
От этих простых слов Санхара захлестнула волна неизъяснимой нежности и любви к этой девушке, девочке, которую он носил на руках, учил ездить верхом и для которой пускал уточки в бассейне на крыше замка. Он осторожно обнял её и похлопал по спине, смущённо пробормотав:
– И я люблю тебя, доченька…
Приезд Элфины изменил жизнь Санхара. Если раньше он с головой погружался в дела и заботы, то теперь много времени проводил с девушкой, знакомя её со своими планами, владениями, людьми. Он учил её искусству политики и управления, умению быть правителем, которому подчиняются тысячи людей, и слово которого закон для подданных; который должен быть добрым и жёстким одновременно, уметь прощать и карать, быть милосердным и безжалостным.
К счастью для Элфины, Санхар, сам далёкий от условностей, наследник молодого королевства и строитель нового государства, не придерживался строгого дворцового этикета, распространённого при древних стабильных дворах династических правительств, потому девушку не мучили изучением нудных правил этикета: поведения за столом, правил церемоний, обязанностей различных должностных лиц, правил ношения одежды и выхода и подобных ненужных правил. Сторонник единоличной и абсолютной власти, Санхар признавал только три правила: моё слово – закон, моё желание – необходимость, и моё благополучие есть общее благополучие. Кто был не согласен с этими правилами – бунтовщик, и его ждало соответствующее наказание. В лучшем случае – рабский ошейник и каменоломни, в худшем – публичная мучительная казнь.
– Без сильной власти никогда не будет сильного государства, – не единожды повторял Санхар Элфине. – Не бойся быть жестокой – справедливая жестокость только вызовет уважение в сердцах подданных. Самодурство – вот бич многих правителей. Но умей и поощрять. Заслуженная награда пробудит в сердцах починённых любовь и верность. Научись отличать лесть от искреннего восхищения. Не покупайся на слова, суди людей по их поступкам.
Элфина старательно впитывала в себя науку управления, и когда Санхар почувствовал, что девушка уже готова перейти от теории к практике, он предоставил ей такую возможность: создал отряд из юных рекрутов – недавних выпускников Школы Меченосцев – и поставил девушку командиром. В обязанности отряда входила охрана королевского дворца, которую до этого выполняли наёмники. Освободившихся ветеранов Санхар направил в «рейды» – на добычу новых рабов и добровольно-принудительных переселенцев. А сам снова отправился в морские походы, привозя из набегов не только рабов, ценности и крестьян, но и молодых здоровых женщин и юных девушек, недостаток которых начал ощущаться на острове. Теперь, особенно старательный мастер, либо работник, даже отличившийся раб, как особую милость, мог получить в подарок женщину или девицу – для любовных утех или как жену.
Рейсы Санхара становились всё более продолжительными, так как за годы набегов он порядком опустошил незащищённые побережья соседних стран. Нападать же на селения сильных государств он не рисковал – у тех были быстроходные военные корабли и вооружённые гарнизоны. Потому ему приходилось всё дальше и дальше уходить от родных берегов в поисках других незащищённых и безвестных южных и восточных островов. Особенно часто страдал от его набегов остров Литик, расположенный неподалеку от Южного Гальса и Саннарии, как самый близкий и самый доступный. Санхар сделал набеги на него регулярными – не менее двух раз в год, каждый раз увозя богатую добычу.
Наконец, князю, правившему на злополучном острове, надоели жалобы подданных на бесчинства «вельхского разбойника», как они прозвали Санхара, и он предложил ему сделку: он обязался платить ежегодную дань рабами и товарами в обмен на мир и спокойствие своих граждан. Санхар согласился на эти условия, и теперь без всякого труда каждую осень увозил с Литика десять юношей и десять девушек, а также скот, зерно и бочки с вином и мёдом.
Но этой добычи было мало растущему, но ещё не способному самостоятельно прокормиться государству, и походы Санхара продолжались. Путешествуя по морям в поисках лёгкой добычи, отходя от проторенных торговых путей, Санхар стал опытным мореходом и открыл несколько малых островов и целых архипелагов, забытых богами и цивилизацией, но населённых людьми, которые развили самобытную культуру и обычаи. Это были бедные острова, на которых жили полунищие рыбаки и полуварвары, и кроме рабов взять с них было нечего.