Пока Санхар бороздил моря и океаны, Грациан вместо него правил страной. Правда, его права были несколько ограничены – он лишь следил за порядком и за тем, чтобы все приказы и распоряжения Санхара исполнялись в поставленные им сроки. Если возникала конфликтная ситуация, он откладывал её решение до возвращения короля – как он полушутя-полусерьёзно называл товарища. В такие рамки Грациана поставил не Санхар, он сам устранялся от серьёзных дел. Он не любил принимать ответственные решения. Сначала это огорчало Санхара, но потом он осознал, что Грациан никогда не станет его соперником на любом троне, а вот как заместитель, он был незаменим.
Спустя несколько лет, благодаря старательной учёбе, Санхар смог доверить правление Элфине. Девушка показала себя вполне достойной дочерью своей матери. Она прекрасно справлялась с возложенными на неё обязанностями, проявив твёрдый характер и железную хватку Элиды. С годами у неё даже развились присущие правителю черты: гордый надменный характер, властный голос, твёрдый холодный взгляд, хитрость и честолюбие.
По прошествии десятилетия, когда Лайонс более-менее освоили и на нём появилось достаточно жителей, чтобы правитель мог гордо именовать себя королём, Санхар официально закрепил свой статус и объявил себя лордом-правителем, а Элфину леди-наследницей. Грациан стал просто лордом Грацианом, получив в вечное владение один из прекраснейших Лайонских островов. Санхар давно законно удочерил Элфину и записал в законах лайонского королевства, что правом верховной власти обладают как мужчины, так и женщины в равной степени, если они являются старшими отпрысками правящего государя. И хотя Санхар создавал королевство для себя, но законы писал с таким учётом, что, когда он вдруг захочет отойти от дел, то сможет передать всё бремя власти Элфине.
Отношения между Санхаром и Элфиной развивались неравномерно. Назвав Санхара отцом, девушка закрыла для него и для себя все пути более интимного сближения. И хотя внешне они мало походили на отца и дочь, но отношения между ними складывались именно родственные.
По мере взросления, накопления опыта и становления личности, когда они уже выглядели ровесниками, эти спонтанно возникшие между ними чувства трансформировались, превратившись в братскую любовь. Санхар продолжал опекать Элфину, а девушка слушалась его, как старшего и более мудрого брата. Затем их взаимные чувства начали угасать. Этому способствовали частые и долгие отлучки Санхара. Принц знал об этом ослаблении возникшей между ними когда-то связи, но не переживал по этому поводу. Он знал, что вечной любви не бывает, особенно между смертной и бессмертным. А для себя он уже твёрдо решил, что никогда не сделает Элфину бессмертной. Пусть она проживёт свою короткую, но яркую жизнь, пусть любит, ненавидит, увлекается и испытывает разочарования… Пусть встретит достойного мужчину и родит детей, которые положат начало династии правителей Лайонса. А он, когда увидит, что Элфина уже твёрдо стоит на ногах и не нуждается в его опеке, оставит этот остров и отправится к иным землям, где его будут ждать другие приключения, встречи с новыми людьми. И, может быть, когда-нибудь, он встретит такую же бессмертную, и они полюбят друг друга, и у них родится свой собственный ребёнок, и он отдаст ему свою любовь, которую растрачивает сейчас на чужих отпрысков…
Конец третьей части
Часть четвёртая. Избранник богов
Глава 1
«Избранник богов» самый красивый, самый большой, самый надёжный и самый роскошный корабль, построенный на верфях Айристона. Его борта сверкали позолотой и свежей краской – алой и синей, на трёх высоких мачтах гордо раздувались алые квадраты парусов, а ближе к корме, на четвёртой мачте, бугрился синий треугольник косого паруса. Ровный сильный ветер, наполнявший паруса, трепал на верхушках мачт тканые ало-золотые вымпелы. Ярко начищенные бронзовые щиты, закреплённые вдоль бортов, бросали золотые блики на прозрачную зелень морских вод, а резная золочёная фигура в виде обвившей бушприт змеи с грозно раскрытой пастью, важно кланялась набегающим волнам.
От носа до кормы корабль насчитывал пятьдесят шагов, в ширину – двадцать. В задней части находилась высокая надстройка, где разместились роскошные каюты. Под палубой – обширные трюмы, склады и два кубрика – для матросов и солдат. На носу и на крыше надстройки были установлены две катапульты, укрытые чехлами от постороннего взгляда, а по правому и левому борту – два водомёта, жидкость в которые подавалась ручной помпой из баков, спрятанных в трюмах. К каждому водомёту прилагались два бака: один с горючим маслом, другой с инфликтом. Инфликт – особая жидкость, получаемая из растёртых тел одного вида медуз, в изобилии водившихся в мелких водах моря Лайонса. Прикосновение этих тварей к незащищённой коже вызывало сильнейший ожог, сопровождавшийся жгучей болью, которая проходила, если место ожога обильно смочить уксусом. На Лайонсе инфликт применяли для наказания преступивших закон граждан и непослушных рабов: достаточно было нескольких ударов вымоченным в жидкости куском каната, чтобы жертва надолго запомнила порку. А приговорённых к смерти преступников принародно опускали в бочку с инфликтом – человек погибал через несколько минут от болевого шока.