Пока её помощница разбиралась с основными силами, Ивея направилась к растерявшемуся от быстроты происходящего охраннику, который, при её приближении, вскочил и выхватил короткий меч. Ивея, нарочито медленно, вытянула из ножен свой длинный великолепный алмостский клинок, со свистом взмахнула им в воздухе и опустила вниз. Не спеша приближаясь к замершему в напряжённом ожидании мужчине, она слегка волочила клинок по земле, отчего тот издавал зловещий шелестяще-звенящий звук.
Разбойник нервно сглотнул и покосился на товарищей, которых уже приканчивала другая фурия. Судя по его позе, и по тому, как он держал оружие, Ивея определила, что это опытный воин, а не просто любитель. Но, увидев, с какой скоростью и лёгкостью, неизвестная женщина расправилась с четырьмя его товарищами, взглянув в синие, равнодушно-беспощадные глаза безжалостного убийцы надвигающейся на него чужеземки, он перепугался не на шутку.
Бросив меч, он поднял руки и воскликнул:
– Я сдаюсь, сдаюсь! Я не сделал ей ничего плохого, клянусь честью Непорочной Девы!
Ивея остановилась напротив побледневшего от страха разбойника и минуту смотрела на него немигающим взглядом, приводя в ещё больший ужас. Затем тихо произнесла:
– На колени.
Разбойник рухнул, как подкошенный, покорно склонив голову. Ивея сняла с пояса шнурок и связала ему за спиной руки. Затем рывком подняла за шиворот и приказала отойти в сторону. Тот поспешно отступил на несколько шагов.
Ивея заглянула в шалаш. В полумраке она разглядела связанную красавицу в дорогом изорванном платье и с кляпом во рту. Присев рядом и заглянув в полные слёз глаза, негромко произнесла:
– Не бойтесь, сударыня… Я ваш друг. Сейчас я вас освобожу.
Ивея разрезала стягивавшие запястья путы и вынула изо рта кляп. Девушка громко всхлипнула и с надеждой спросила:
– Вас послал мой отец?
– Нет. Я сама по себе… Я сопровождаю обоз одного купца, Астина Кратага. Я услышала ваш крик и решила посмотреть, что здесь происходит… Я счастлива, что смогла вам помочь и спасти из лап этих гнусных разбойников… Вы сможете подняться и идти, сударыня?
– Да… Да… Астин Кратаг? Я знаю этого купца! Мы покупали у него ткань вот на это платье… – девушка с сожалением осмотрела свой грязный изорванный наряд. – Когда-то оно было очень красивым… – вздохнула она.
– Думаю, одна из ваших служанок будет рада получить его в подарок… А сейчас нам надо торопиться. Возможно, поблизости есть ещё разбойники.
– Эти негодяи ждали какого-то Купца… Они его так и называли. Наверное, работорговец из Аскоррии…
Ивея вывела девушку наружу, придерживая за талию сильной рукой. Спутница леди Аосты с любопытством взглянула на спасённую. Она доложила, что соседние шалаши пусты – в них оказались только личные вещи разбойников.
– Забирай лошадей и уходим, – приказала госпожа.
Лошади разбойников были осёдланы. Им только разрезали путы, связали вместе, посадили на одну девушку-пленницу, а на другую усадили пленного разбойника, вскочили в сёдла сами и покинули поляну.
Когда они вернулись к дороге, где их с нетерпением поджидал Кратаг, купец, едва увидев спасённую девушку, в изумлении воскликнул:
– Баронесса Валлиэт! Святые Небеса! Как вы здесь оказались? Что с вами случилось?
– Господин Кратаг! Как я рада вас видеть!.. – со слезами на глазах воскликнула девушка и бросилась мужчине на грудь. – Меня похитили разбойники, когда я ехала в селение… Если бы не эта госпожа… Простите, я даже не спросила вашего имени…
– Леди Ивея Аоста, – представилась Ивея.
– О, миледи! Я так благодарна вам за спасение!.. Думаю, мой отец отблагодарит вас более весомо, я же могу лишь сказать: огромное спасибо!
– Эти слова тоже много весят, если они произнесены от чистого сердца.
Разбойника привязали к последней повозке, набросив на шею скользящую петлю, которая затягивалась каждый раз, как только пленный начинал отставать. Охрана заняла свои места и обоз продолжил путь.
Глава 3
Дом Кратага находился на тесной старинной улочке неподалеку от центра города, где располагались Рыночная площадь, Дом Правосудия и Белый Дворец – резиденция лорда Йеаннского. Здание назвали так из-за его цвета – дворец был выстроен из белоснежного мрамора и светло-серого гранита, и сиял на фоне серых каменных и красных кирпичных домов города словно белоснежная горная вершина.