Виолки охраняли личные покои графини, находились рядом в саду, ехали рядом с каретой во время путешествий или впереди и позади на прогулках. Ивея была командиром и личным телохранителем везде и всегда, а также близкой подругой графини, с которой та могла посоветоваться, поговорить на любую тему, зная, что этот разговор останется между ними; доверить секрет, который никогда не станет достоянием челяди или других лиц.
Последнее время графиня очень беспокоилась, что никак не может подарить супругу наследника, о котором тот так мечтал. Ивея дала женщине несколько полезных советов, которые в своё время испробовала сама. Возможно, один из них помог Ласире, так как спустя несколько месяцев графиня понесла, осчастливив себя и графа.
В ожидании наследника ле Кедж буквально носил супругу на руках, боясь оставить её хоть на день. У Ивеи появилось свободное время, благодаря тому, что супруги постоянно находились вместе, и присутствие телохранительницы им только мешало. Поначалу женщина скучала, а потом задумалась о себе.
После смерти супруга, да и задолго до неё, когда он стал стар, немощен и слаб, Ивея перебивалась случайными связями, только лишь для удовлетворения зова плоти. Последнее время тоже не заводила долгосрочных или близких отношений с мужчинами. И, хотя она не была ненасытной или жадной до плотских утех особой, но всё же долговременное добровольное сдерживание плохо отражалось на самочувствии женщины. В теле накапливались нереализованные силы, которые вырывались наружу немотивированной агрессией и вспышками гнева. Она стала раздражительной и злобной. Её душа жаждала любви, а тело ласки. Пора было подумать о длительной и постоянной связи, найти хорошего любовника или новую любовь.
Выбор Ивеи пал на Эвана Ассанта. Этот офицер с первого дня выказывал женщине сдержанные знаки внимания. После они сдружились и стали хорошими приятелями. Ивея знала, что Эван влюблён в неё, она легко читала это чувство в душе мужчины. Но, занятая делами, не давала Ассанту надежд на более близкие отношения. Эван же думал, что гордая виолка пренебрегает им, и это ранило и раздражало его. Но, боясь потерять её совсем, он не разрывал их отношений, всё ещё надеясь на взаимность.
Каково же было его удивление, когда, однажды, Ивея подошла к нему и сама предложила уединиться в её коттедже. Он молча и безропотно последовал за ней, ещё не веря в свою удачу. Заперев дверь и зашторив окна, она повернулась к мужчине и произнесла:
– Я знаю, что ты давно хочешь меня, но не осмеливаешься это сказать… Сейчас настало время – ты можешь проделать со мной всё то, что так долго лелеял в своих фантазиях…
– Но… Я это представлял несколько иначе… – ответил растерянный мужчина.
– Как?
– Тайные встречи в сумраке графского сада, нежные поцелуи при свете звёзд, взаимные ласки на прохладной шелковистой траве…
– Вот уж не думала, что ты романтик! – засмеялась женщина. – Ты солдат и я солдат, ты на службе и я на службе, и нам некогда заниматься ерундой. Или мы сейчас займёмся любовью, или навсегда останемся друзьями.
Последнее вовсе не устраивало Эвана, потому он без лишних слов приступил к делу.
Через час, едва отдышавшись, лёжа рядом с расслабленной удовлетворённой виолкой, он грустно произнёс:
– Я хотел сделать для тебя нечто прекрасное, чтобы ты на всю жизнь запомнила нашу первую близость, но боюсь, что теперь останусь в твоей памяти очередным любовником…
– Не переживай, милый, впереди у нас ещё много взаимных лет, и ты ещё успеешь сделать для меня что-то необычное… А чтобы не остаться в моей памяти одним из многих, предлагаю тебе стать одним-единственным.
Эван удивлённо взглянул на женщину.
– Ты предлагаешь нам пожениться?
– О, нет, мои планы не простираются так далеко. Мы просто можем жить вместе. И тогда ты будешь только мой, а я твоя.
– В Арте не принято, чтобы не состоящие в браке мужчина и женщина жили под одной крышей.
– Жаль… – вздохнула Ивея. – Что же нам делать? Я хочу, чтобы ты был моим… Ты мне нравишься, и я не хочу другого мужчины.
– Я тоже тебя люблю и желаю, как не желал ни одной женщины… Особенно теперь…
– Кто нас осудит, если ночи мы будем проводить в одной постели?
– Кроме моралистов и жрецов – никто.
– Нам важно их мнение?
– Нет.
– Тогда будем делать, что хотим! – засмеялась женщина. – Любовь не может быть грехом, и тот, кто утверждает обратное, дурак и ханжа!
Тайная связь двух капитанов вскоре стала известна не только челяди, слугам и рабам, но и графу с графиней. Но никто не посмел осудить двух приближённых к Их Светлостям особ, а сам граф был только рад этому событию. Он втайне надеялся, что любовь к его офицеру сможет привязать свободолюбивую виолку к замку, заставит осесть здесь навсегда и пустить корни. Ле Кедж уже воочию убедился в воинском искусстве леди Ивеи, и хотел, чтобы она научила его солдат так же умело сражаться и воевать. Но Ивея не спешила расставаться со своими секретами, хотя, по просьбе графа и за дополнительную плату, взялась обучать замковый гарнизон. Поэтому граф и смотрел сквозь пальцы на греховное и аморальное поведение двух офицеров, надеясь, что рано или поздно, всё это закончится свадебной церемонией.