– Но и многих спас.
Дерек уставился на весло в своих руках, боясь поднять взгляд на Стража.
– Что теперь со мной будет? – прошептал он.
– Ты должен отдать долг, – сказал Страж.
Это объяснение почти ничего не дало; Дерек с волнением грёб, стараясь делать это в такт движениям Стража. Через какое-то время парень заметил, что волны улеглись, а вода стала гладкая, и дымчатая, и чёрная. Белоснежная лодка скользила по тонкой грани над морской бездной. Подняв голову, Дерек увидел, что чайки, которые сопровождали своими криками их путешествие, куда-то исчезли и вокруг появился густой туман. За размытой пеленой виднелись какие-то тёмные очертания. Вскоре показался берег – тёмные скалы, острыми клыками торчащие из воды. Ловко обходя их, Страж направил лодку к берегу, сбавляя скорость. Нос лодки вскоре глухо стукнулся о камни. Дерек покачнулся и чуть не выпал из лодки. Сложив вёсла на дно, Страж одним широким шагом ступил на берег.
– Идём, – позвал он Дерека.
Раскачиваясь и спотыкаясь, парень выкарабкался из лодки; ему казалось, у него болит абсолютно всё. Оказавшись на берегу и сделав несколько шагов, Дерек вдруг почувствовал что-то, будто ему в лицо брызнула холодная вода. Парень оглянулся и увидел за собой только туман и очертания скал.
Скалистый островок, кое-где с травой, кое-где с маленькими кустарничками, омывался морем со всех сторон. Поднявшись по склону вслед за Стражем, Дерек увидел впереди что-то вроде башни. Вокруг неё в вышине кружили с воплями белые, как призраки, чайки.
Только сейчас Страж начал говорить:
– Когда-то люди построили здесь маяк, чтобы указывать путь кораблям. Но море так размыло остров, что оставаться на нём стало опасно. Маяк забросили, но он всё ещё стоит, хотя его давно уже должно было смыть волнами. Идём.
Двери у башни не было, вместо неё был чёрный проём в каменной кладке. Страж стал подниматься вверх по закрученной спиралью лестнице, Дерек следовал за ним. Спустя бесконечное число затхлых скользких ступенек они вышли на круглую площадку на макушке маяка. Над ней когда-то была крыша, но теперь о ней напоминал только прогнивший деревянный каркас. Посреди площадки была какая-то полуразвалившаяся круглая конструкция из камней, напомнившая Дереку жертвенный алтарь.
– Теперь это твоё место, – заявил Страж, оборачиваясь к Дереку. – Ты должен каждый день собирать дрова и каждую ночь зажигать здесь огонь и поддерживать его до рассвета, чтобы давать кораблям ориентир. Это – твоя плата.
– И я никогда не смогу уйти отсюда? – тревожно спросил Дерек.
– Ты можешь перемещаться, как тебе захочется, – неопределённо ответил Страж, – но огонь должен гореть каждую ночь, помни – каждую ночь.
– И как долго я должен этим заниматься? – упавшим голосом спросил Дерек; весь этот остров и прогнивший маяк, который только чудом не сожрала пучина, уже начинали его угнетать.
Страж посмотрел вниз, на застланное туманом море и ответил:
– Пока тебя не простят.
Больше он ничего не стал объяснять. Он спустился вниз и сел в свою лодку. Дерек стоял на верхушке маяка и смотрел ему вслед. На этот раз лодка поплыла сама, без усилий вёсел. Ещё ощущая боль в руках, Дерек почувствовал себя обманутым. Через несколько мгновений, мягко скользя между опасными скалами и не оставляя на воде даже ряби, лодка со Стражем растворилась в тумане. Дерек ещё немного постоял, мысленно провожая её. Затем парень заторопился: у него было много работы. С отплытием стража туман стал быстро рассеиваться, и Дерек увидел внизу, у кромки моря, восходящие в голубом сиянии звёзды.
Глава 19. Свет маяка
Ева стояла у окна своего кабинета. Да, теперь-то у неё был кабинет, как она мечтала: тут и большой стол (на котором – о чудо! – всё равно не помещалось всего необходимого), и блестящие стеклянные книжные шкафы, забитые (снова самыми необходимыми) книгами и документами, и красивое кресло на колёсиках, и белые диванчики для посетителей и журнальный столик. Но любимым местом Евы оказалась точка у окна. Окно тоже было большое и открывало вид на залив с высоты десятого этажа. Чтобы глаза отдохнули, Ева иногда подкатывала своё кресло к окну и смотрела вдаль: на море, на небо. Но сегодня шёл сильный осенний дождь, заливая погружающийся в темноту Лизпорт.
С тех пор, как Собрание появилось – и пало, – многое изменилось. Вернее, всё перевернулось вверх дном. Общество, где руководили смертные, вдруг увидело, что существуют вампиры и оборотни. Пришлось признать, что эти создания – самые настоящие. и что у них есть свои потребности, за которые они готовы бороться, иногда, как в случае Алистера, очень яростно.