Марк потёр пальцами кончик носа: там внутри что-то защипало.
– Ты вести-то сможешь такой нервный? – понизив голос, поинтересовался Бронислав.
– Я не за рулём, – мотнул головой Марк, – моя жена ведёт! Кстати, сегодня отмечаем ещё и то, что она сдала на права.
– Ну, Катюш, довези в целости, - хихикнула Синтия.
Во дворике школы, обсаженном молодыми клёнами и липами, уже собрались выпускники со своими родителями. Их было немного: со всех окрестных деревень набрался всего один выпускной класс, да и тот всего из шестнадцати учеников. Но, по местным масштабам, это было уже достаточно большое мероприятие. Дворик заливал золотой свет заката, в его лучах блестели на выпускниках красные атласные ленты. Виновники торжества неловко оглядывались по сторонам, смеялись и с нетерпением поглядывали на крыльцо школы. Оно представляло собой теперь небольшую сцену, куда вынесли трибуну для речей и аппаратуру для дискотеки. А за дверями школы, в просторном фойе, стояли столы, над ними хлопотали работники столовой, готовя для всех праздничное угощение. И всюду: в фойе, над крыльцом, на деревьях у входа – были щедро развешены гирлянды с золотистыми огоньками.
Были произнесены речи. Были вручены аттестаты и, конечно, цветы. Были обняты учителя, было сделано много-много фото. Были праздничные угощения в фойе и кое-что припрятано для взрослых.
Уже стемнело, когда танцы были в самом разгаре. Во дворике царила прохлада, но тепло горели огоньки в гирляндах, и танцующим было жарко от движения. Взрослые на некоторое время покинули молодёжь: на втором этаже школы, в учительской, горел свет. Все догадывались, что учителя и родители собрались пригубить в честь праздника, но никому не приходило в голову проверять. Ребятам было хорошо и самим по себе, а за старшего остался только учитель музыки, который отвечал за то, под какие песни будут танцевать. Увидев, какой расслабленной стала атмосфера, самозваный диджей уличил момент и, остановив музыку, объявил:
– А сейчас – медленный танец!
Выпускники загудели, как потревоженный улей. Взволнованные взгляды метались туда-сюда: от мальчиков – к девочкам, от девочек – к мальчикам. Заиграла мелодия, и пары поспешно соединялись, оставляя всё меньше и меньше вариантов. Аманда стояла прямо посреди площадки, высматривая, что к ней кто-то подойдёт, но увидела странное. Её брат, серьёзный парень, почти не танцевал, хотя умел. Они дома, в замке, часто практиковали бальные танцы в паре – особенно хорошо у Артура выходил балет. Сейчас же Артур выцепил Ника и за локоть отвёл его куда-то под деревья, где было сумрачно. Аманда не придала этому значения, как вдруг Ник почти бегом рванулся к ней.
– Хей! – воскликнул он, хватая Аманду за руку, но тут же собрался и выпрямился: – Вернее, я хотел сказать: леди, потанцуете со мной?
Аманда, широко раскрыв глаза, смотрела на своего друга. Он танцевал почти целый час, и его волосы растрепались. Пиджак он куда-то бросил, а верхнюю пуговицу рубашки расстегнул; его красная бабочка смешно съехала набок. Горячая ладонь Ника обхватила руку Аманды, и он заглядывал ей в глаза, ожидая ответа. Вокруг уже танцевало пять пар, и это была, пожалуй, последняя возможность согласиться.
– Я… – Аманда опустила взгляд, чувствуя, как её наполняет жар.
Не зная, что ещё можно сказать, она бросила:
– Мне нужно в туалет!
Вырвала свою руку и, придерживая подол платья, чтобы не упасть, скрылась за дверями школы. Ник растерянно стоял посреди площадки с протянутой вперёд рукой.
В фойе было полутемно и прохладно. Аманда быстро миновала его и направилась по тёмному коридору в женский туалет. Свет не горел. Девушка влетела за дверь и, быстро пробежавшись вдоль кабинок, чтобы убедиться, что никого нет, расплакалась в голос.
Это было невыносимо. Никогда в жизни Аманда не чувствовала себя такой красивой, как сегодня, и всё равно никто не хотел пригласить её на танец! Ник был без пары, поэтому Артуру пришлось просить его, чтобы он пригласил сестру.
Аманда всхлипнула и пошла к умывальникам, чтобы смыть слёзы. Если бы не Артур, она бы так и стояла посреди медленного танца одна, но, пытаясь сделать как лучше, брат только усугубил ситуацию. Девушка провела под глазами смоченными в холодной воде пальцами, стараясь не задеть макияж, хотя, наверное, он был уже испорчен. «Никто, никто не пригласит меня по доброй воле», – крутилось у неё в голове, и от этих мыслей становилось дурно. Хорошо Лауре! От неё не отлипал Алекс, и они оба искренне радовались, наслаждались вечером.
Аманда снова всхлипнула. Завидовать было нехорошо, но поделать с собой она ничего не могла. Её уверенность в себе улетучилась.