И вдруг громкий звук откуда-то сверху. Все – и экскурсовод, и его группа – дрогнули от неожиданности. То была музыка, которую кто-то крайне неумело исполнял на рояле, сначала резко ударив по клавишам, а теперь уже тише, аккуратнее. Как раз в одном из залов на втором этаже – со сказочно большими окнами и причудливыми витражами – стоял большой рояль, несмотря на возраст, совершенно рабочий инструмент – Аманда играла на нём, пока не уехала. Оттуда-то и доносилась музыка.
– Все здесь? – строго спросил Артур, осматривая свою группу туристов.
Он периодически подсчитывал посетителей в ходе экскурсии, чтобы никто из них не отбился и не заплутал – с первого раза сориентироваться в замке было непросто. Туристы тоже осмотрели друг друга, но, кажется, вся группа была на месте.
– Кто-то балуется, – махнул рукой Артур, делая непринуждённое лицо, – наверное, из работников. Спасибо вам ещё раз за внимание, приезжайте снова!
Выпроводив людей, Артур закрыл за ними дверь и поспешил наверх. Улыбка сползла с его лица: ему не нравилось, когда кто-то нарушал распорядок. Взбежав по лестнице, Артур замедлил шаг; у него почему-то начало перехватывать дыхание. Он, всё такой же решительный, пошёл к залу, откуда доносились звуки рояля. Странно, Артур будто бы узнавал мелодию. Очень неумело и сбито кто-то наигрывал пьесу, которую когда-то любила играть здесь Аманда. Но сестра была далеко.
Артур, стараясь не шуметь и не спугнуть нарушителя, прошёл в зал – двери были распахнуты настежь, чтобы легче было водить группы. Парень осмотрелся: в огромные стрельчатые окна лился неясный сиреневый свет сумерек, создавая сияющую пелену, преломляясь в витражах. Рояль стоял посреди великолепия – большой, тёмный, неподвижный. И шевелились только его клавиши…
Артур зажмурил глаза и тряхнул головой, чтобы согнать наваждение. Открыв глаза, он посмотрел ещё раз: в пустынном зале и впрямь никого не было, но клавиши на рояле нажимались, как будто под чьей-то нетвёрдой рукой.
Артур сделал несколько шагов вперёд, пересиливая себя; по его спине бежали мурашки. Он начал различать в неясном свете длинный полупрозрачный силуэт, стоящий возле рояля. Вернее, он не стоял – его босые белые ноги не касались земли, он легонько парил рядом, и вся его фигура будто складывалась из бликов, пылинок и тумана. Худая спина, острые плечи и кудри тёмных волос – и мелодия, которую играла Аманда в тот день, когда…
Осознание обожгло Артура горячей волной, а затем его руки похолодели. Он сделал ещё шаг ближе к роялю, и призрак обернулся, испуганно посмотрев на Артура большими чёрными глазами.
– Дерек, – прошептал парень, узнав это худое вымученное лицо.
Неловкая улыбка скользнула по губам Дерека. Когда его узнали, он, встрепенувшись, толкнулся ногами от воздуха и поднялся ввысь. Поднимаясь спиралью, он взмыл под высокий потолок, и Артур почувствовал лёгкое завихрение прохладного воздуха вокруг себя. Рояль, хотя призрачная рука уже оставила его, продолжал играть сам по себе, пока Дерек не испарился под потолком, будто распавшись на частички света, оставив после себя игривый смешок. Артур смотрел ему вслед, и его голова шла кругом. Вот вам и новый призрак замка Патиенсов!
Новый звук – звонок его мобильного телефона – заставил Артура оторвать взгляд от потолка. На экране высветилось «Мама», и это привело парня в чувство. Онемевшими пальцами Артур еле-еле смог снять трубку.
– Ну, скоро ты придёшь? – спросил мамин голос и добавил: – Снова концерт пропустишь!
– Да, конечно, – Артур выдохнул и расслабил плечи: всё было хорошо. – Уже завершаю обход. Через полчаса ждите.
– Я разогрею тебе ужин, – пообещала Синтия и положила трубку.
Артур положил телефон обратно в карман брюк и, поправив упавшую на лицо прядь волос, снова осмотрел зал. Была тишина, пустота и прохлада. Парень легонько хихикнул: хорошо, что никто не видел, как он струсил! Больше почему-то страшно не было. Дерек был похоронен неподалёку – почему бы ему не навещать замок? Впрочем, нужно ещё осмотреть всю экспозицию и запереть двери на ночь, а дальше пусть Дерек гуляет в своё удовольствие.
– Надеюсь, ты не будешь хулиганить, – вслух предупредил Артур, сделав ужасно серьёзный голос. Услышал его Дерек или нет, но все вещи в ту ночь остались в целости.
***
Сквозь дремоту Синтия уловила движение. Они только улеглись, и в ночной тишине каждый шорох звучал громче в десять раз, чем следовало бы. Соскользнув с кровати, Бронислав оставил после себя чуть тёплые простыни; он всколыхнул одеяло, и спину Синтии тронул холод. Она открыла глаза.