И он прилетал к своему камню. Туда приходила девушка с парнем, затем женщина, затем однажды она привела туда мальчика с белыми волосами, как у неё… Розы в саду Патиенсов зацветали, цвели и засыхали много-много раз, и много раз Аманда ещё приносила их к камню. Хоть было тяжело найти время, она приходила. Эрик помогал ей и часто приходил сам. Мальчик с белыми волосами всё бегал вокруг по лесу, с каждым разом становясь всё выше. Однажды он перестал приходить, но Дерек на него не обижался.
Аманда приезжала. Дерек не менялся и был всё так же легок, а ей становилось тяжело спускаться с поезда на платформу. Эрик, сам с тростью, поддерживал её... Она обматывала свою седую голову белой шалью и долго смотрела туда, где стоял Дерек, и постепенно ей стало казаться, что она снова видит его. На этот раз ей не было страшно.
И вот однажды, когда уже посветлело, Дерек позволил огню маяка, за который он боролся всю ночь, погаснуть. Он видел вдалеке белую лодку, такую знакомую. Лил сильный дождь, море вздымалось и бугрилось серыми волнами, но лодка шла будто бы поверх их, едва задевая. Дерек в волнении сбежал вниз со своей башни и подскочил прямо к берегу. На вёслах сидел белый Страж и уверенно грёб, забирая большими мощными движениями, приближая лодку к островку с маяком. А напротив него в лодке сидела старушка, белая и круглая. Её слабые руки придерживали шаль на её голове, а её полуслепой взгляд упёрся в дно лодки; она не смотрела, куда они плывут.
Дерек весь вытянулся, выглядывая лодку с берега. Наконец Страж перестал грести, и их судно остановилось, тихонько скребя дном о камни. Страж что-то мягко сказал старушке, и та подняла голову. Увидев Дерека, она улыбнулась, щуря глаза. Хоть она едва видела, она его узнала. Дерек, волнуясь, помог ей выбраться из лодки; Страж поддерживал её тоже, когда она взбиралась на берег.
Оказавшись на берегу, старушка вздохнула и дрогнула; Дерек знал это чувство, как будто холодная вода ударяет тебе в лицо. Но это был вовсе не дождь, а завеса, падающая, когда оказываешься по эту сторону. Он держал её руки в своих и смотрел, как её глаза светлеют, как её спина выпрямляется. Морщины и дряблая кожа, будто пепел, осыпались с её лица и рук, её очертания становились вновь гладкими и полными жизни. Дерек не отрывал взгляда и улыбался.
Через несколько мгновений перед ним стояла Аманда, с которой он когда-то расстался. Она с удивлением рассматривала своё шестнадцатилетнее тело, теперь сотканное не из плоти, а из чего-то, через что свободно падали капли дождя, но всё такое же реальное.
Теперь они с Дереком были наравне. Хоть было трудно оторвать взгляд друг от друга, они оба обернулись и посмотрели на Стража, ожидая, что он скажет.
– Прощайте, – сказал он, стоя в лодке, и аккуратно оттолкнулся веслом от берега.
Лодка мягко пошла назад и, унося Стража, растворилась в пелене дождя. Они остались одни.
– Ты прощаешь меня? – тихо спросил Дерек.
Аманда тронула ладонью то место, где, как она помнила, у него была рана.
– Да, – сказала она и с сомнением спросила: – А ты меня?
– Я прощаю тебя, – сказал Дерек и, хоть робея, но открыл ей свои объятья.
Аманда обняла его. Он сцепил свои руки у неё на плечах, и так они постояли немного, позволяя дождю и ветру идти сквозь них. Затем Дерек улыбнулся и сказал:
– Ну, пойдём!
Он никогда не мог преодолеть барьер, но теперь он знал, что может; он чувствовал. Он поставил ногу прямо на воздух, и тот, став упругим, выдержал. Дерек сделал ещё несколько пробных шагов, и воздух держал его. Парень радостно взбежал вверх, а затем обернулся и протянул руку, приглашая Аманду следовать за ним. Девушка неуверенно взошла вверх по воздушной лестнице, но, обретя опору, улыбнулась и взяла руку Дерека.