– Мы так перепугались, – со слезами на глазах прошептала Аманда.
– Я так и думала, что не стоит… – проговорила Лаура с виноватой улыбкой.
– Прости, прости, это всё я виноват, – схватившись руками за голову, проговорил Фил. – Не надо было тебя просить.
– Всё в порядке, – уверила его Лаура, хотя голос у неё был слабый и хриплый.
– Не знаю, что было бы, если бы не Дерек, – с благодарность сказала Аманда и объяснила Лауре: – Это он тебя как-то в чувство привёл, уж не знаю, как.
Лаура чуть повернула голову и увидела Дерека, который всё ещё стоял рядом с ней на коленях.
– Спасибо, Дерек, – прошептала она.
В ответ парень лишь чуть улыбнулся:
– Не за что.
– Ты можешь встать? – спросила Кристи.
– Да, могу, – уверила Лаура, но стоило ей попытаться подняться, как ноги у неё задрожали и она снова села на землю.
– Давай помогу, – вызвался Алекс.
Он протянул девушке руку и, бережно поддерживая, подвёл и усадил поближе к костру.
– Спасибо, – прошептала Лаура. – А не будет водички?
– Конечно-конечно, – тут же засуетилась Кристи.
Она подбежала к своему рюкзаку и достала флягу с водой. Лаура выпила несколько маленьких глотков и заявила:
– Мне уже лучше.
– Это радует, – улыбнулся Алекс.
Все расселись снова по своим местам, но компанию охватило неловкое молчание.
– Как-то петь больше не хочется, – хмыкнул Фил, откладывая гитару.
– Нет, что вы, пойте, – замахала руками Лаура, – я не хочу вам веселье портить.
– Мы и вправду не хотим, – признался Ник, – без тебя.
– Ты отлично поёшь, Лаура, – искренне похвалила Аманда.
– Да, и голос такой приятный, – поддержала Кристи.
– Замечательно поёшь, – закивал Фил.
– Что ж, – Лаура улыбнулась, – надеюсь, однажды я смогу петь без таких вот последствий.
Ещё немного посидели у костра, слушая шум прибоя вдалеке и песню ночных насекомых. Наконец Аманда начала зевать, и Артур сказал:
– Нам, наверное, пора – мама же просила не быть допоздна…
– Да, и мы, пожалуй, с вами, – подхватила Кристи.
Не спеша потушили костёр, и, погрузившись в почти полную темноту – светили лишь звёзды и долька луны, – отправились назад. На этот раз разговаривали мало, обмениваясь короткими фразами. Про случай с Лаурой со старшими решили не разговаривать.
Лаура чувствовала себя уставшей. Она плелась в конце, отставая от компании, а Алекс то и дело возвращался за ней, чтобы не потерялась.
– Лаура…
– Да? – девушка встрепенулась.
– Если тебе сильно плохо, может, я тебя понесу? – предложил Алекс.
Девушка слегка опешила от такого предложения:
– Да нет, не. Не напрягайся. Я дойду и сама.
– Идти далековато, – настаивал Алекс.
Лаура задумалась:
– А тебе не будет слишком тяжело?
– Нет, обещаю, – уверил Алекс.
Тогда Лаура разрешила нести себя на спине. Алекс чуть присел, она обхватила руками его плечи, а Алекс подхватил девушку под колени и понёс. Лаура и впрямь не весила почти ничего. По крайней мере, Алексу казалось, что рюкзак, которым его нагружали на регулярных марш-бросках, был куда тяжелее. Алекс шёл легко, и ему было приятно, что тонкие руки девушки обвились вокруг него, что он сам держит её, что она так близко. Этой звёздной ночью на узкой тропинке над морем Алекс почувствовал что-то новое. Он поднял голову, чтобы взглянуть на небо, и вдруг увидел, как среди звёзд весело и бесшумно носится огненный сокол с сияющими медными перьями.
***
Ева специально попросилась в ту самую комнату, где она жила, будучи подростком. Она была приятно удивлена, что всё там осталось на своих местах. Никто не снял со стен её плакаты, никто не выбросил акварельные краски, хотя они уже явно высохли, никто не перекладывал её блокноты, листы и тетради. Комнату лишь иногда отпирали, чтобы сделать небольшую уборку, а затем снова запирали. Входя сюда, Ева чувствовала, будто время остановилось. В предрассветные часы, такие, как этот, когда все погружались в сон, Ева оставалась сама с собой в этой комнате. Она хотела бы уснуть, но слишком многие вещи отвлекали её. Она то слушала песни, которые нравились ей тогда, в четырнадцать лет, то рассматривала свои старые рисунки. Её любимым был и оставался пейзаж моря на закате, сделанный цветными карандашами. Волны и небо были фантастических цветов, на камнях расцветали короны морской пены. На одном из камней, выступающих из воды, четырнадцатилетняя Ева пририсовала русалку с шикарной рыжей гривой волос и длинным зелёным хвостом. У Евы теперешней это вызывало искреннюю улыбку. Та, младшая Ева, была права: здесь, в этом замке и вокруг него, всюду, всюду была магия.