– Оно велико, – крикнула в ответ Лаура.
Услышав шаги, девушка испуганно отбежала в дальний конец зала.
– Не заходи пока! – тревожно крикнула Лаура, уже стягивая с себя платье.
Аманда послушалась и не стала заходить. Лаура быстро переоделась в свою одежду, в которой она приехала, и выбежала наружу.
– Что такое? – удивлённо спросила Аманда, когда подруга столкнулась с ней на пороге зала. – Всё в порядке?
– Я… – Лаура замешкалась. – Мне надо в туалет.
Не говоря больше ни слова, она понеслась по коридору прочь.
– Но он в другой стороне! – крикнула вслед удивлённая Аманда.
Лаура пронеслась мимо Бронислава Патиенса и даже не заметила его. Завидев Аманду, он торопливо подошёл к ней.
– Так и знал, что вы вместе, – улыбнулся он. – Что-то случилось?
– Не знаю – Аманда пожала плечами. – Она примеряла одежду, как я и предложила, но потом ей вдруг срочно понадобилось выйти.
Бронислав вошёл в зал и посмотрел на сваленную на полу одежду.
– А что она надевала последним?
– Вот это платье, – Аманда показала отцу голубое платье в горошек.
– В этом есть смысл, – пробормотал он.
– Что?
– Её Ева ищет, – не отвечая на вопрос, сообщил Бронислав. – Есть идеи, куда она могла пойти?
– В свою комнату? – предположила Аманда.
– Давай ты поищешь её там, – предложил Бронислав, – а если найдёшь, попросишь спуститься к Еве. Я тоже поищу.
– А вещи?
– Потом уберёте, – махнул рукой Бронислав.
Лаура кубарем слетела на первый этаж, почти неосознанно пришла в столовую, где после ужина уже было всё убрано и не было слышно ни шороха. Там она остановилась у большого витражного окна. Она положила руки на высокий – на уровне плеч девушки – подоконник и уставилась в синее стекло. Вид за окном её не интересовал, она была погружена в свои мысли. Грусть, внезапно нахлынувшая в зеркальном зале, больно сдавила рёбра.
«Смогу ли я когда-нибудь чувствовать себя красивой? Смогу ли я носить одежду, которая мне нравится? Смогу ли я увидеть в зеркале что-то приятное? Смогу ли я перестать бояться чужих взглядов? Смогу ли?..»
Лаура вздрогнула, когда услышала тихие шаги, звук которых был заглушен мягким ковром. Девушка обернулась и увидела Бронислава Патиенса. Вот уж умеет появляться из ниоткуда, хоть и не вампир! Лаура поспешно принялась приводить свои мысли в порядок.
– Тебя по всему замку ищут, – улыбнулся Бронислав, когда понял, что девушка заметила его.
– А что, случилось что-то? – смущённо пробормотала Лаура, пониже натягивая рукава на свои запястья.
– Просто Ева очень хотела поговорить именно с тобой.
– О чём? – резковато спросила девушка.
– Этого она мне не сказала, но что-то важное, – пожал плечами хозяин замка.
Он тоже подошёл к окну и стал разглядывать витраж. Лаура уже хотела уйти, но что-то её удержало. Несколько секунд прошло в напряжённом молчании; девушка то испытующе глядела на Бронислава, то снова отводила взгляд. Наконец, хозяин замка спросил:
– Ты ещё не начала чувствовать температуру по-другому?
Во взгляде Лауры мелькнуло недоверие.
– Наверное, нет, – осторожно ответила она.
– Просто сейчас достаточно тепло, – пояснил Бронислав, – а ты всегда носишь длинный рукав.
Лаура опустила голову и посмотрела на свои руки, по костяшки пальцев скрытые плотной тканью толстовки.
– Я просто так привыкла, – не поднимая взгляда, сказала девушка.
Этот вопрос чересчур насторожил её. Она старалась не смотреть на Бронислава, уставилась в окно, за которым, в общем-то, ничего не было видно: витражное стекло было замутнённым, и на все предметы за ним накладывался синий оттенок.
– Не бойся, – произнёс будто откуда-то издалека голос Бронислава.
– Мне нечего рассказывать, – вздохнула Лаура. – Просто я ненавижу то, что я есть, ну то есть… то, что я вампир.
Девушка вдруг всхлипнула. Её губы задрожали, и она зарыдала.
– Всё, всё, что мне когда-либо нравилось, чем я когда-либо хотела заниматься – это всё не для таких, как я.
Бронислав растерялся, хотел отступить назад, но Лаура развернулась к нему, уткнулась лицом ему в грудь и зарыдала.
– Ох… – только и смог сказать Бронислав, глядя, как трясётся от отчаянья маленькое, укутанное в плотную ткань тельце девочки.
– Никто не понимал, почему я так недовольна всем, – продолжала выплёскивать эмоции Лаура. – Родителям всё казалось просто отличным. Они обожали быть вампирами! У меня не было никого, кто бы понимал... Я ненавижу это… это существо в моём теле! Я ненавижу каждый его вдох!
Лаура подняла заплаканное лицо вверх и прошептала:
– Оно делает мне больно.