– В любом случае, это уже в прошлом, – отмахнулся Дерек. – Теперь всё будет по-другому.
– Ты так уверен в этом? – удивился голос. – Ты решил перекроить всю свою суть, отказаться от всех своих талантов – ради чего? Ты же столько лет мог видеть их насквозь, мог видеть каждое шевеление их мыслей и чувств – и неужели ты ничего не понял?
К своему удивлению, Дерек больше не злился на голос. Он лежал спокойно и всё вспоминал, вспоминал… Сотни людей, которых он видел, каждое лицо в толпе зрителей на представлении…
– Люди – существа Света, но что они делают со своим светом? Тратят свою жизнь на самые глупые занятия, на самые низкие чувства, на неразумные, жестокие поступки, на дурацкие развлечения. Они ненавидят друг друга из-за мелочей. А ты – ты слишком отличаешься от них, чтобы они позволили тебе быть хоть кем-то. Такой жизни ты себе хочешь?
– Не все они такие, – прошептал Дерек.
– Не утешай себя иллюзиями, – возразил голос.
– Есть люди, которые отнеслись ко мне хорошо, – Дерек продолжал спорить, но делал это через силу. Внутри у него уже родилось противоречие, и теперь он говорил даже не для того, чтобы переубедить голос, а чтобы переубедить себя.
– Они относятся к тебе хорошо, только когда ты ведёшь себя по их правилам, – заметил голос. – Но что бы они делали, если бы ты осмелился быть собой?
– Быть собой?
– Да, – голос вдруг осёкся, – впрочем, ты устал, и солнце вот-вот вылезет – а я его очень не люблю. Хорошего сна, Дерек.
Голос растворился так же неожиданно, как и появился. О том, чтобы спать, Дерек теперь и не мечтал: в его голове гудели и роились мысли, мысли, мысли…
***
Спустя долгие часы Предводитель вышел из транса. Он огляделся: за время его отсутствия ничего не изменилось. Он всё так же лежал на просторной кровати, в спальне было темно и прохладно, а рядом неотступно сидела Регина, следя, чтобы Предводителя ничто не побеспокоило, пока его Тень бродила где-то далеко. Женщина вгляделась в лицо Предводителя: он был явно взбудоражен.
– Что-нибудь удалось выяснить? – максимально спокойным тоном спросил Регина. Она не спала почти сутки, и её тело начинало болеть от усталости, но она держала себя.
– Я бы никогда не поверил, что так бывает, не случись это со мной, – прошептал Предводитель. – Я не ожидал, что всё будет так.
– Что ты увидел? – спросила Регина, делая вид, что ей, в общем-то, всё равно на ответ.
– Мне кажется, сама Тьма выбрала нас, чтобы восславить её имя, – торжественно продолжал Предводитель, подняв взгляд к потолку. – Мы не должны – не можем – теперь отступать…
Предводитель опомнился и перевёл взгляд на женщину, терпеливо ждавшую у кровати.
– Но обо всём по порядку, – успокаиваясь, сказал он. – Мальчишка силён, но, к счастью, он совершенно не имеет понятия, как защищать свой собственный разум.
***
Следующим вечером Дерек проснулся с тяжёлой головой. Заметив его угрюмый вид, когда парень явился в лабораторию, Ева спросила:
– Как ты себя чувствуешь?
– Мне кажется, я что-то видел, – нехотя сказал Дерек, – наверное, это был сон.
– Это был хороший сон или плохой? – поинтересовалась Ева.
– Скорее плохой, – ответил Дерек и осёкся: – Но я не помню, о чём он. Только я совсем не выспался.
– Ты поднялся раньше остальных, – заметила Ева. – Может, ты хочешь вернуться в кровать?
– Нет, не хочу спать, – покачал головой Дерек.
– Тогда может…
– Можно я тут побуду? – несмело спросил Дерек.
Ева удивлённо вскинула брови.
– Ну, – она растерялась: обычно её подопечные не стремились оставаться надолго в подземелье. – Да, если хочешь…
Дерек нашёл табурет и сел у края большого белого стола. Этот стол стоял в ряду с другими такими же – на них громоздился какой-то аппарат, по стеклянным трубочкам которого перетекала знакомая серебристая жидкость. Подземелье было старым, тёмным, с грубыми торчащими из стен неровностями и замшелыми камнями, и очень странно было видеть здесь эти блестящие столы и сверкающие в лампах голубоватого дневного света колбы и трубочки.
– В этой штуке мы перегоняем лекарство для вас, – сообщила Ева, указывая на аппарат на столе. – Дело в том, что оно не хранится больше трёх дней – всё время нужно делать новое, хотя у нас есть небольшой запас. Мы очень замучились, сооружая эту конструкцию – пришлось играть в древних алхимиков.