– Я пойду один, – сказал Предводитель стражу, который хотел было пойти следом. Тот покорно отступил: Алистеру и впрямь некого здесь бояться.
Предводителя снабдили ключами от всех интересующих его камер, и он спустился на подземный этаж темницы. Алистер шёл по тёмным коридорам, наслаждаясь. Как затхло, стыло и неуютно здесь! По-настоящему жутко – по меркам смертных. Люди строили это для других людей, вкладывая всё самое плохое, чтобы убить друг в друге желание жить. Чудесно.
Синтия дремала, отвернувшись к стене. Её тревожные сны прервались, и она подскочила, когда услышала, как гремит ключ в замочной скважине. Она была одна всё время, только один раз принесли еду, просунув порцию в крошечную щель в двери. Синтия не ела.
Женщина села на койке, приосанившись и поправив растрёпанные волосы. Горячая волна неприязни к ночному посетителю поднялась у неё в груди. И, кто бы ни зашёл, нужно встретить его, не унижаясь.
Но Синтия не ожидала, что к ней заявится «сам».
– Доброй ночи, – почти пропел Алистер, заходя в камеру.
Он запер за собой дверь. Всё как он и ожидал: лицо узницы выражало крайнее презрение и отвращение. Она не поздоровалась.
Алистер остановился у двери. Его голова почти доставала до потолка. В три шага он мог бы пройти комнатушку целиком и оказаться у койки.
– Вы сговорились сморить себя голодом, да? – улыбнулся Алистер, кивая на нетронутую еду.
– Я не буду есть эту гадость! – заявила Синтия, скрестив руки на груди.
– А, прости, – развёл руками Алистер, – мы совсем не понимаем в человеческой еде. Я распоряжусь, чтобы исправились.
Он сделал шаг вперёд и с удовольствием увидел, как Синтия рефлекторно отшатнулась.
– Или ты бы хотела сама что-то приготовить? – спросил вампир.
– Какого хрена ты пришёл? – рыкнула Синтия, глядя ему в лицо.
– Мне просто интересно, – улыбнулся Алистер, неслышно приближаясь ещё на шаг. – Вы всё же мои гости.
– Где тебя учили гостеприимству? У тебя ужасно получается, – покачала головой Синтия.
– Ты бы научила меня?
Алистер оказался вплотную к Синтии. Он разглядывал её сверху вниз. Она была в том, в чём всегда ходила дома: просторный длинный зелёный сарафан, а под ним – простая белая майка. Лицо женщины раскраснелось от злости, а глаза горели синими огоньками. Все цвета, которые она сочетала, такие живые, земные и сочные, будто были вырезаны из цветного картона и неумело приклеены на серую газетную бумагу бетонных стен. Как бабочка в картонной коробке. Как красиво.
– Чего уставился?
Синтия смотрела вампиру в лицо открыто и без страха, почти нагло.
– Ты ведьма, – проговорил Алистер. – Ты – сильное существо, избранная среди всех людей.
– И?
Вампир наклонился к Синтии и сказал тихо и злобно:
– Каково это: променять свои дары на то, чтобы стать домохозяйкой, толстеть и вязать носочки своей семье?
И, когда он потянул руку, чтобы схватить Синтию за плечо и толкнуть на койку, он почувствовал. Воздух задрожал от напряжения и взорвался под его пальцами, громко хрустнув. Удар тока был таким сильным, что от неожиданности Алистер отскочил. Теперь он стоял посреди камеры, потирая обожжённую руку. Обозлённый и растерянный, вампир скривил лицо и поджал губы.
Синтия улыбнулась.
– Ты прав, я ведьма. И я не только вяжу носочки своей семье…
Женщина поднялась с койки и выпрямилась, и Алистер увидел, как по всей поверхности её одежды, по телу и волосам гуляют сине-белые всполохи электричества.
– Я ещё и буду защищать её до конца, – закончила она фразу.
– Что это? – спросил Алистер, глядя на огоньки и молнии, витающие в воздухе.
– А то ты не знаешь, – ответила Синтия. – Магическая защита. Такая есть над всеми, кто был с нами в замке. Ну так, на всякий случай.
– Ты ведьма, – повторил Алистер, встряхивая ноющие пальцы на руке. Он пытался вернуть самообладание, хотя внутри весь кипел.
– Самая настоящая, – согласилась Синтия.
– Но не думай, что твои фокусы меня остановят, – фыркнул вампир, – я найду способ, если захочу.
– Захоти, – сказала женщина, скрещивая руки на груди.
– Мы ещё с тобой увидимся, колдунья, – пообещал Алистер, открывая себе дверь из камеры.
– Надеюсь, что нет, – буркнула Синтия.
Когда дверь за вампиром заперлась, женщина выдохнула и села на койку. Как бы то ни было, похоже, этот раунд она выиграла.
Предводитель вышел из камеры взбешённым. Если ведьма и вправду установила защиту над всеми и каждым, то ни он сам, ни его слуги не смогут прикоснуться ни к кому из пленников. Лишиться такого развлечения было обидно, и настроение у Алистера тут же испортилось. Впрочем, перевес всё равно был на его стороне, но придётся вести себя осторожнее.