Двери плавно открылись, и Еву повели на пожарную лестницу, ведущую на крышу. Вынырнув из-под бетонных сводов здания-гиганта, можно было увидеть огромное ночное небо, особенно яркое и красивое, так как огни города были по большей части выключены и ничто не оттеняло света звёзд.
«Надо же, как высоко», – подумала Ева и сжалась: здесь, на высоте и на просторе, было ещё и достаточно холодно.
– Отличная ночь для прогулки, – сказал Алистер.
Ева резко оторвала взгляд от ночного неба и обернулась на голос. Вампир улыбнулся, увидев, как она испуганно вздрогнула, услышав его. На фоне ночного неба кожа Алистера казалась полупрозрачной, и его чёрные одеяния колыхались на ветру. «Как привидение», – подумала Ева. Ей стало жутко.
Стражники подвели её поближе, и только сейчас она заметила большую машину, блестящую металлом.
– Вертолёт? – вслух удивилась женщина.
– Не составишь мне компанию? – Алистер усмехнулся и поправил воротник своей рубашки.
– Если честно, цветы и шоколад меня бы вполне устроили. Или даже просто пицца, – парировала Ева.
– Я люблю жить на широкую ногу.
Алистер цокнул языком и жестом приказал стражникам загружаться в вертолёт, который комфортно пристроился на крыше и ждал своих пассажиров.
Еву усадили тоже: она оказалась зажата между Алистером и стражником.
– Поближе к окну, Ева, – пригласил Предводитель. – Виды сегодня будут просто чудесные.
– А куда мы полетим? – спросила она, но её голос заглушил утробный гул механизма и шум лопастей, которые начали энергично крутиться у них над головами.
Вертолёт пошёл вверх, и Ева еле сдержалась, чтобы не закричать: когда аппарат качнулся в воздухе, у неё было чувство, будто сердце падает куда-то в живот. Но вскоре они набрали нужную высоту и плавно пошли над городом; не считая шума и металлической дрожи, проходившей по внутренностям вертолёта, было почти комфортно. Алистер склонился к Еве, и она с неприязнью вжалась в сиденье, но он сделал это, только чтобы она услышала, как он говорит:
– Я подумал, ты соскучилась по родным местам. Неужели не хочешь посмотреть?
Ева не могла понять, что происходит, но тут ей пришлось согласиться: её вытравили из любимого её города, и она даже думала, что больше никогда не вернётся сюда. Но чтобы посмотреть вниз, в большое окно, нужно было придвинуться и практически прижаться к вампиру. Пока она колебалась, Алистер сам обхватил её рукой и приобнял. Вместе они склонились к окну, почти прильнув к стеклу. Ева задрожала от прикосновения холодного, словно неживого тела вампира и ещё от того, что от километров внизу её отделяло лишь стекло, которое казалось таким тонким… Здесь, в этой маленькой посудинке в толще ночного воздуха, вместе с тремя вампирами, один из которых задумывал не иначе, чем мировую революцию… «Если когда-нибудь я стану знаменитой и меня спросят про самую незабываемую ночь, расскажу это», – подумала Ева.
Но уже через секунду она не могла думать ни о чём, кроме города там, внизу. Он был крошечным, будто картонная копия. Даже отсюда было видно, в каком запустении был Лизпорт: неподвижный и тёмный, и море в заливе было куда более живым, чем неестественно оцепеневший город. Однако там, куда направлялся вертолёт, в самом сердце, освещение было. Зачем?
– Исторический центр города, – сказал Алистер прямо у Евы над ухом. – Знаешь ведь?
– Конечно, – ответила она и подумала: «Моё любимое место!».
Она не могла не любить круглую торговую площадь и старую ратушу, вместе с мощёными улочками, на которых не могли развернуться автомобили, зато отлично чувствовали себя лошади. Вместе с милыми – такие не строят сейчас – домами, низкими и уютными, с магазинчиками и лавками на первых этажах и с цветами в горшках на кованых балконах… А вот и площадь, Ева увидела её, но совсем не такую, как она помнила. Больше всего она была похожа сейчас на вычищенную жёлтую тарелку, а от неё расходились во все стороны, словно паутинки, освещённые улочки.
Вертолёт стал снижаться, и Ева увидела, что периметр этого кольца света был оцеплен: между домами тонкими железными нитями была сетка и колючая проволока. Ещё чуть ниже и ближе к площади – и Ева увидела, что в центре сгрудились какие-то люди, которых охраняли волки. Много, много волков.
– Что происходит? – напрягая голосовые связки, скобы перекричать шум лопастей, прокричала Ева.
– Когда мы облюбовали ваш городок, сюда за нами стали стекаться охотники, – объяснил Алистер. – Из всех людей это самые невыносимые.