Преимущество было не на нашей стороне. Даже с учетом боевой единицы в лице высшего ифери, все же рисковать не стоило. Мы сюда пришли не для сражений с людьми, а чтобы найти союзников. Хотя успешная вербовка с каждой проведенной в убежище группы минутой представлялась все менее вероятной.
В нас будто не видели таких же людей, выживающих из последних сил в оккупированном мире. Одни беззастенчиво пялились, словно на обезьян в клетке зоопарка, другие с презрением отворачивались, а третьи, злобно сверкая глазами в полутьме, едва не плевали в лицо.
Странно… Чужими на захваченной планете должны быть пришельцы, а не люди-собратья. Но здесь в нас никто не видел своих. Или просто не хотел видеть, трясясь за каждую банку консервов, кусок мыла или ароматическую свечу.
Обычных, ничем не пахнущих свечей в логове группы Калеба не водилось, или же они давно закончились. На стальной этажерке с колесиками прямо перед нами горели большие оранжевые свечи с ароматами ванили и персика. Не знаю, какими титаническими усилиями Грейсон выдерживал струящийся прямо в нос удушливый дымок, я сама чуть дважды не чихнула. Проскочила мысль, а вдруг нам устроили необычную проверку, чтобы вычислить замаскированного пришельца.
К ужину выдали хлебцы – иссохшие как земляная корка в обмелевшем озере пустыни, тонкие вяленые колбаски в промасленных скользких пакетиках и невкусное пойло из термоса, похожее на заваренный в сотый раз чай. Да уж, королевский прием.
– Я смотрю, вы не торопитесь расправляться с едой, а нам сказали, что ужасно голодны, – Калеб впился недовольным взглядом в колбаску, которую Грейсон медленно крутил пальцами, не поднося к губам.
– Ты бы попросил своих парней убрать пушки. А то, знаешь ли, под прицелом у нас пропадает аппетит, – язвительно усмехнулся Арс, оглянувшись на возвышающегося за его плечом рыжего верзилу.
– Мы сдали оружие, как вы просили, – сдержанно напомнила я. Не призналась, естественно, что сама заныкала пару небольших ножей. – Что еще вам от нас надо? К нему этот конвой?
– Для спокойствия людей, которые доверили мне заботу об их безопасности, – Калеб обошел нас по кругу за спинами.
Показывая, что готов сделать примиряющий шаг навстречу, он жестом велел бойцам опустить оружие.
Грейсон, на миг оказавшись за пределами внимательных взглядов надсмотрщиков, сунул колбаску в рукав и притворился, что жует.
– Мы разве похожи на агрессоров? – я повела плечами, поджимая губы в легкой обиде.
– В армии меня учили видеть в каждом незнакомце потенциального врага, – парировал Калеб, самодовольно ухмыляясь.
– Я думала, враг известен, и он у нас общий, – я сделала ставку на всем понятную и неоспоримую истину.
– Пришельцев мы в расчет не берем, – гордо пробасил Папа Сэм. – По личному опыту знаем, что нельзя доверять всем людям без разбора.
– Па, но эти ребята – не мародеры, – у нас нашлась неожиданная заступница – щекастая большеглазая девушка с кожей цвета молочного шоколада, блестящей от пота в огнях вонючих свеч.
Ее густые кудри были убраны под старушечью резинку с бантом и сеткой. Я лет десять не видела таких штук. Думала, ушли в прошлое.
В разрушенном мире главное – удобство, а не стиль.
– Сэм, помолчи, не вмешивайся, – шикнул на нее отец. – Ты их не знаешь.
В этот момент я запуталась, кого как зовут, и недоумевала, почему девушке дали мужское имя, хотя всякое бывает. Наш Грейс – одно из тому доказательств… О, если бы путаница с именами была моей худшей проблемой!
– Но их знает новенькая девочка. Сестра Мелани, – Сэм безуспешно поискала глазами Сару и просительно посмотрела на отца.
– Мнение несовершеннолетних здесь не учитывается, – Папа Сэм открыл нам один из дурацких местных порядков.
– Слова малолетки ничего не значат. Дети склонны к фантазиям, а значит и вранью, – отрезал Калеб.
Тиснув из пальцев притворно задумчивого Грейсона вяленую колбаску, он сам ее слопал.
Я отправила последнюю из трех доставшихся колбасок в рот, умяла в три укуса, пока лидер негостеприимной группы и до нее не добрался.
– Вы держите домашних животных? – Арс заметил мешок собачьего корма, приставленный к стене.
– Нет. Корм притащил Генри, – ответил с раздражением Калеб и оглянулся на притулившегося в углу хмурого старика. – Он жил в городе до нас и подкармливал бездомного пса. Этот пес к нам иногда прибегает. Сидит у входа снаружи и ждет подачки, но в руки не дается. Мел пыталась его приручить.
– Собака видно что породистая, а к людям не идет, – Генри с сожалением развел руками.
– Мы бывали в местах, где люди сами рады поесть собачьего или кошачьего корма, – неприкрыто упрекнул Арс.