— Эй, — не слишком громко позвала я и застыла, ожидая хоть чего-то — голоса в ответ или хотя бы шороха, который бы мог выдать мне находящегося здесь человека.
Но никто не ответил и не зашевелился. Абсолютная тишина.
Моя одежда была аккуратно сложена на тумбочке рядом. Меня кто-то переодел в легкую ночную тунику болезненного желтого цвета. Фу. И то, что насильно переодели и цвет. Мне стало жутко неприятно, что кто-то прикасался ко мне, пока я была в отключке. Надеюсь, это была хотя бы служанка!
Кто-то заботливо оставил на тумбочке рядом с одеждой заварной чайник с отваром. Слегка дрожащей рукой я налила его в чашку и зажмурилась от удовольствия. Отвар был просто прекрасен на вкус, почти такой же ароматный как у бабушки Антонии, с легким ароматом еловых шишек с гор Оруанска. Я не успокоилась, пока не осушила его полностью и заметила, что руки перестали трястись, а тупая головная боль почти сошла на нет — Алхимики творят чудеса.
Сил заметно прибавилось, и я тут же соскользнула с кровати и стянула с себя эту мерзкую ночную сорочку желтого цвета и натянула форму, к которой уже привыкла.
Кошачьими тихими шагами подошла к двери и не спеша дернула ручку. Заперто.
Ланс научил меня, как поворачивать нож, правильно надавливать и отпускать, и повторять, пока не раздастся тихий щелчок. Поэтому я любопытно огляделась, уверена, здесь найдется что-то вроде небольшого ножа или булавки. Первой жертвой обыска стал шкаф. Я распахнула его дверцы и уставилась на огромное количество бутыльков с разнообразной и непонятной для меня жидкостью. Я нахмурилась и открыла первый ящик — бинго! Множество блестящих инструментов были педантично разложены на дне этого ящика. Мое лицо само собой расплылось в улыбке. Нож побольше я сложила в карман, предварительно обмотав лезвие марлей — таким точно можно отпилить руку и ногу, ножик поменьше я аккуратно зажала между пальцев. Его острие опасно блеснуло. Этот тоже неплохо справится с отрезанием конечностей, хотя и придется повозиться из-за его размера.
Я терпелива. И осторожно. Самое главное в деле воришки — быть максимально уверенной в своих действиях и никогда не паниковать. Холодный ум — главная часть успеха. Я поворачивала нож в замочной скважине, пока не услышала тихий щелчок, когда острие нащупало небольшой рычажок. Схватившись другой рукой за дверную ручку, я выдохнула, и механизм поддался. Стараясь, чтобы моя рука была твердой, я повернула лезвие против часовой стрелки. Щелк. Кажется, я даже вспотела от напряжения. Теряю хватку, надо больше тренироваться.
Ручка уступила, дверь приоткрылась, повеяло холодом. Я выглянула наружу, в пустой переход. Кажется пустой.
Делаю пару неуверенных шагов за порог, дверь за мной закрывается с негромким щелчком, который тонет в шуме дождя, который, кажется, только набирает обороты. Словно за окном не дождь, а целый водопад. Оглядываю коридор острым взглядом — никого. Свобода. Эйфория разливается горячим пламенем по венам. Даже не описать словами этот восторг. Только сейчас я поняла, что много дней жила в золотой клетке и сейчас я снова свободна! Никто не знает, что я очнулась, никто меня не контролирует.
Вдруг из-за поворота выходит гвардеец, он смотрит в пол, а я вжимаюсь в стену.
Писать! Писать! Срочно!
Я не произношу ни слова вслух, все мои приказы исходят на ментальном уровне.
Он останавливается, повинуясь моему голосу, словно муха, запутавшаяся в паутине, медленно разворачивается и уходит обратно.
Я нервно выдыхаю и перестаю вжиматься в стену так сильно, будто пытаюсь в нее врасти.
— Куда собралась? — мужской голос грохочет одновременно с раскатом грома. Я подпрыгиваю на месте и разворачиваюсь к нему лицом. Незнакомый гвардеец стоит прямо за моей спиной, кажется вышел с того коридора. Видимо они не стоят на месте, а постоянно патрулируют коридоры. Он хмурится, но больше ничего не произносит.
Ты меня здесь не видел. Иди дальше, думай о… голых женщинах!
В его глазах на мгновение мелькает осмысленное выражение, и я вижу смятение и страх — это разум человека сопротивляется моей нестандартной магии. По глазам вижу — он с таким сталкивается впервые. Адреналин хлещет по венам, я напрягаю свою силу в разы сильнее, чем когда-либо. И его напряженное тело расслабляется, взгляд больше не направлен на меня. Еще мгновение и он идет дальше, не произнося ни слова.
Вот это да! Это я сделала? Это просто невероятно!
— С кем говорил? — спрашивает кто-то.
— Сам с собой, — буркнул загипнотизированный гвардеец, — Так бабу хочется! Даже сам себе передернуть сейчас не могу, паршивая жизнь.
— Иди уже подрочи, тут все равно тихо, — мрачно отвечает ему второй гвардеец.
Фу!
Я выскакиваю из опасного коридора и крадусь к кабинету Безадана Галемира. Еще с тремя гвардейцами я справляюсь примерно таким же способом: один идет в туалет, второй спать, третий как потерянный блуждает по темным коридорам. Чувствуя себя просто невероятной и всесильной, вскрываю замок кабинета Безадана. Пальцы помнят, что нужно делать, поэтому через пару минут слышу заветный щелчок!
В кабинете царит мрак и тишина. Все осталось именно таким, каким я запомнила в самый первый день, только подушки заботливо сложены на диван. Идеальный порядок на грани хаоса.
Крадусь к его рабочему столу. Очень много бумаг лежит в полном беспорядке, боюсь его трогать, без света не разглядеть что написано, поэтому зажигаю маленькую свечку. Дрожащее пламя скудно освещает стол, и я вижу, что бумаги разложены не в хаотичном порядке, как мне казалось. Вижу описание силы Мадлен — чтение мыслей, рядом Марианны — чувствительность ко лжи, Колин — принуждение, ослабленная сила,рядом мое имя — какая ментальная сила? Высокая близость к королевской крови, как и у Мадлен. Повторно поднять архивы из Безмолвной Башни.
Руолан — нечеловеческая сила, скорость
Братья Эдуард и Оскар — очень быстрые, сильнее обычных мужчин, Руолан сильнее и быстрее
Собачонки Марианны — Лола и Лила — двойняшки, общение и управление животными.
Юлий — управление растениями
Изабелла — управление водой, слабая сила
Даниил — управление водой, сильная сила
Кристина — передвижение предметов
Альциолла — усиление чувств
Сардаана — огонь, сильное возгорание
Ноэль — не стареет
Александр — исцеление
Я перечитываю снова и снова эти слова. Каждый, абсолютно каждый из них обладает какой-то силой. И только наши силы с Марианной отличаются — мы можем залезать в голову. Мадлен была такой же… Две менталистки, понятно почему они так конкурировали! Уверена, все меня остерегаются, потому что думают, что я обладаю какой-то подобной силой! И не зря…
Безмолвная башня, где же это? Никогда не слышала о такой… И что имеется в виду про королевскую кровь? Мы самые обычные жители нашего города…
Руки чешутся перерыть все документы, прочитать каждое слово. Да, все Алхимики обладают какой-то способностью, это закон. Только отмеченные Богами могут прикоснуться к древним знаниям. Поэтому наша страна так процветает, эти знания уникальны, бесценны. Но почему же таких как мы убивают? Ради чего? Алхимиков так мало, не больше двух десятков на всю страну, только в Белом Замке около десяти Алхимиков…
Я снова и снова напряженно перечитываю небрежные записи Галемира и слишком долго нахожусь здесь, каждая минута прибывания может поставить меня в очень шаткое положение, поэтому я сдуваю свечку. Комната снова погружается во мрак.
Что-то во всем этом показалось мне странным. Так просто оставлять записи на видном месте… Любой, кто проберется сюда может их увидеть или они так уверены, что никто не пройдет мимо охраны?