– Это ты можешь спокойно взять для изучения в свободное время, – сказанные слова Шоганом позволили облегчённо вздохнуть. – А теперь откладывай книгу и садись поудобнее.
Ученик так и сделал. Немного помучившись с передвиганием мешающих вещей, он сел в позе лотоса. Его наставник поглядел на него и тяжело вздохнул, замечая большее напряжение со стороны первого.
– Тебе неудобно сидеть, – высказал вслух своё заключение. Шоган немного расчистил территорию вокруг Римана. – Ложись на спину.
– Зачем? Понял-понял, – занервничал мальчик, встретив в ответ пристальный зловещий взгляд наставника. Он лёг на спину, привыкая к жёсткости голого пола, и вскоре смог найти удобное положение. Так было намного легче.
– Отлично, а теперь… – маг сел на корточки рядом с Риманом и положил свою руку ему на грудь. Ладонь начала светиться бледно-жёлтым светом.
Почувствовав в том месте сильный дискомфорт, мальчик дёрнулся и получил сильную боль во всём теле. Не выдерживая этого напора, он закричал. Наставник убрал руку, сильно хмурясь и смотря на собственную ладонь, на которой теперь красовался большой шрам. Из него начала сочиться кровь, но Шоган, похоже, не собирался с ней что-либо делать. Риман не мог двигаться, боль всё ещё не позволяла даже пальцем пошевелить.
– Это плохо, – после долгого молчания, наконец заговорил маг. Он вытащил из своего карма тряпку и обмотал повреждённую правую руку. Встав на ноги, Шоган посмотрел на своего ученика. – Я скоро вернусь, – после этих слов юноша покинул дом, оставляя мальчика совсем одного мучиться от боли.
Не выдержав, Риман провалился в темноту. Но всё на этом не закончилось. Тьма сменилась образами горящих домов и бегущих в панике людей. Но ни у кого из них не удавалось убежать, они просто сгорали заживо в агонии. В центре всего этого стоял мужчина в дорогих одеждах. Его чёрные волосы были заплетены в одну большую косу, в которую вплетена золотая лента. Этим человеком был король. Он стоял напротив ребёнка, который горько плакал и пытался закрыть тела своих мёртвых родителей.
– П-прошу, не тро-трогайте и-их, – всхлипывая, умолял он.
Бессмертный долго смотрел на мальчика, совсем не двигаясь. Риман не понимал, что происходит. Раньше он не видел подобного, но сейчас во взгляде короля была какая-то…грусть? Мужчина, стараясь не смотреть на ребёнка, обошёл его и направил шар огня на мёртвых взрослых. Образ маленького Римана громко заорал. Его волосы постепенно начали седеть от корней до кончиков. Тогда он потерял какой-либо смысл жить. Казалось, этого было достаточно, жизнь уже сыграла с ним злую шутку. Но нет. Его мучитель по-отцовски положил руку на макушку ребёнка и слегка потрепал его волосы, будто жалея о том, что сделал. Вдруг в ладони короля появляется свечение, очень яркое, будто солнечный свет. Мальчик теряет сознание, и воспоминания обрываются.
Что это только что было? Риману казалось, что это какая-то шутка. Скорее всего это именно так. Мальчику стало тяжело дышать. Он схватился за горло, будто это поможет избавиться от душащего ощущения.
– Всё хорошо, Хигель, – послышался над ухом спокойный и мягкий мужской голос. На плечо опустилась чужая рука, успокаивая. – Я буду ждать тебя.
Открыв глаза, Риман увидел, как его брат и наставник ругались в дверях.
– Как ты посмел такое допустить, ублюдок?! – кричал Фридрек, скрипя зубами от ярости. От такой громкости у мальчика начала болеть голова. Он приподнялся на локтях, а затем сел на полу.
– Пожалуйста, не так громко, – взмолился несчастный, привлекая к себе внимание обоих.
Брат подбежал к Риману, помогая встать и позволяя опереться на себя. Шоган хмыкнул только и отошёл в сторону, чтобы они могли выйти. Говорить он что-либо не собирался.
– Не сто…
– Молчи, – резко оборвал его Фридрек, выводя на свежий воздух. Мальчик начал щуриться от света.
На пути до дома, братья встретили девушку, которая сразу же подбежала к ним, обеспокоенно разглядывая и пытаясь подхватить Римана с другой стороны.
– Что случилось, Фрид, Рим?
– Риман доучился у Шогана.
– Шоган? – ужаснулась она и с сочувствием посмотрела мальчика.
– Он здесь не причём, – с обидой отозвался пострадавший. Но вскоре ему пришлось зашипеть от боли. Старший брат толкнул его в бок. – Кармина, хоть ты поверь мне.
Девушка поджала губы, не смея сказать на это что-то. Ей совсем не хотелось сейчас участвовать в споре своих друзей, так как знала об их масштабах ещё с детства.