Вскоре она обогнала лохматого, выпрыгнула из кустов, ударила бандита локтем и повалила на землю.
– Не бей меня! – взмолился лохматый.
– Что тебе здесь нужно? Ну?
– Барыга послал посмотреть на чужаков.
– И кто они? Что спрашивали? Что здесь делают?
– Спросили про меня, вот, про Барыгу, про завод и Академгородок. Я сказал, что там никто не живет, вот, что… э-э… в деревне все живут, на другом берегу, что завод и НИИ не работают много лет. Про себя ничего не сказали, но на бандитов не похожи, военные какие-то.
– Это все, что они спросили?
– Да.
– Если ты соврал…
– Нет, Вера, пожалуйста, пожалуйста, я не соврал, не бей меня! – заголосил лохматый. – Я ничего не сказал ни про тебя, ни про сестру, вот, они и не спрашивали про вас. Пожалуйста, отпусти.
Неожиданно внимание Веры привлекло какое-то движение. Она уставилась на куст и ухмыльнулась. Потом повернулась к лохматому и пнула его, как ненужную вещь.
– Пошел!
Она скрылась так же неожиданно, как и появилась, устремившись на север, через кусты и бурелом, к катакомбам, к сестре.
[1] Райхенбахский водопод в Альпах – место схватки Шерлока Холмса и профессора Мориарти в рассказе Артура Конан Дойла «Последнее дело Холмса». (Здесь и далее – примечания автора.)
Где появляется Полковник
Сергей Славин сидел на кровати и рассматривал журналы, бумаги и карты, добытые на заводе. Фотографию молодого ученого Ильи Адаева забрали с доски «Видные деятели ”Нового будущего”». Неприятное серое лицо с оспинами, карие глаза, в которых была какая-то тяжесть. Славин никогда не обратил бы внимания на такого на улице и не подумал бы, что этот человек – революционер в области фармакологии.
На заводе командир посовещался с Академом и Николаем. Они согласились, что ночевать в «Новом будущем» не самая удачная идея.
– Молчаливый ужас, - сказал Николай, разглядывая обстановку завода, и перекрестился.
– Это все твои выдумки из-за рассказов о монстрах и каннибалах, но выбираться отсюда не удобно, буханка и вода далеко, - улыбался Академ, - эту я бы не рискнул пить.
– Согласен, - сказал Седой.
Дружинники остановились в одном из деревянных домов, найденных Алешей, Музом и Кирюшей. Седой рассудил, что пока это лучший вариант для блокпоста. Вокруг лес, где можно охотиться и питьевая вода совсем рядом. К тому же в избушке несколько спальных мест, электрогенератор и даже топливо. Конечно они взяли с собой из Питера, но решили использовать местный.
Карамелька лежала на печи и видела уже седьмой сон. Сегодня у нее была куча важных дел, и она переутомилась: смотрела в окно вездехода и удивлялась таежному лесу, которого никогда не видела, играла со своим мишкой, спасая его из цепких лап чудовищ, пыталась разведать, что происходит вокруг дома, отвлекала дядю Психа и дядю Эрика. Седому даже пришлось повысить на нее голос, что случалось крайне редко.
Николай и Псих развалились за плетеным столом на веранде, обсуждая недавнюю битву между ополчениями Тулы и Рязани и попивая горячительное из железной фляги. Муз все-таки запустил один из своих летательных аппаратов и стоял возле дома, любуясь на планшете красотами Тайги. Алеша, Эрик и Академ сидели в комнате за столом, на котором, источая пар, стоял самовар. В соседней комнате был найден старый, еще советский фарфоровый сервиз в оранжевый ромбик.
– Интересная вещица, – сказал Академ, вертя в руках серебряный браслет.
– А что там написано? – спросил Алеша.
– Да откуда же я знаю? Я же не говорю по-арабски.
– Я думал, ты все знаешь. Так это на арабском? – Алеша сдвинул брови и поморщился: челюсть продолжала болеть.
– Дай! – Эрик выхватил у Академа браслет и стал читать по слогам: – А-ле-ша, я хо-чу те-бя. Твоя амазонка.
– Да пошел ты! – засмеялся бритый парень и отобрал браслет.
Ребята заулыбались. Алеша в третий раз расписывал свое приключение с прекрасной амазонкой. Как у него это получается? Не успели приехать, он уже с голой женщиной в реке поплескался.
– Неужели такая красивая? – засомневался Академ.
– Просто богиня! Худая, правда, очень, но лицо… – Алеша мечтательно закатил свои голубые глаза.
– Пурум-пум-пум! Может, она мутант? – предположил вошедший в комнату Муз.