– Кстати, о вожде, – сказала Марго. – Включи дом, пожалуйста, а то ты тут Сталина вырубил, нехорошо получается. Это вы электричество отключаете периодически?
– Да, нам же надо заряжаться. Должны же мы как-то развлекаться, – сказал он жутким металлическим голосом. – Вы его дом прибрали, а мы вытащили все изобретения Адаева.
– Только не говори, что ты имеешь отношение к исчезновению Директора, – съязвила Марго.
Док и Ян вышли из гостиной и стали включать коммуникации. Через несколько минут заурчал холодильник, а в динамике послышалось хмыканье Иосифа Виссарионовича.
– Косвенно, но все равно приятно, – ответил брат. – Сердце Директора было отравлено вероломством мелкого капиталиста. – Он с отвращением оттопырил губы. – Хотя музыкальный вкус у него хороший и жена ничего. Он очень жаждал золотишка, которое добывал в шахте его братишка со своими гномами, ему все было мало-мало. Он хотел побольше обогатиться, построить себе еще одну виллу, завести себе еще женщин, чтобы катать их на яхте, как в клипе «Rio» группы «Duran Duran», помнишь, Систер, мы смотрели? Черт, я бы тоже на яхте покатался! – На его лице появился щенячий восторг. – А его братишка был против, не хотел делиться, тогда профессор предложил Директору зачистить шахту с нашей помощью.
– Директор вас контролировал?
– Не совсем, Систер, ему дали нас в пользование, в аренду, скажем так. Но он не смог нами управлять, за что поплатился.
– А теперь ты решил с нами расправиться?
– Я пришел вершить правосудие! – Он поднял железную руку вверх. – Как же мне скучно!
– Сука! – снова ругнулся Псих.
Лёня посмотрел на него с подозрением, но вновь промолчал.
Иосиф Виссарионович приходил в себя после морального шока (не каждый день «отца народов» так бесцеремонно вырубали), а Лёня пошел осматривать дом. На кухне послышался треск, его ругань и удивленные восклицания. Сергей делал знаки Вере – мол, надо выбираться отсюда, но девушка в ответ мотала головой. Их убьют при попытке к бегству.
– Командир, может… – начал было Эрик.
– Молчать! – осадил его Фарца. – Разговаривать позволено только Бессмертным.
– Марго, может, ты договоришься со своими лучшими друзьями? – сказала Вера.
– А может, ты со своим мужем-терминатором?
– Ты сама в это веришь? – Вера хохотнула. – С ним только Робокоп сможет договориться.
– Я уже пробовала, они меня не слушают, – сказала Марго
Иосиф Виссарионович наконец пришел в себя.
– Добрый вечер, товарищи, – раздался его голос. – Маргарита Устиновна, вижу, к вам приехал родственник.
– Вы можете называть меня Леонид Устинович или товарищ Леонид.
Марго хохотнула.
– У меня вот вопрос, – продолжал Лёня. – Пусть нас рассудят здесь присутствующие, хоть они и наемники. Что бывает на войне за измену, саботаж и дезертирство? Давайте спросим у нового хахаля Веры.
Лёня подошел к Сергею. Бессмертные молчали.
– Ну? – требовательно сказал робот. – Что бывает за дезертирство на войне, командир?
– Трибунал, тюрьма.
– Так, верно. – Он говорил, как учитель с ребенком, отвечающим на уроке. – А что бывает за саботаж и невыполнение приказа вкупе с дезертирством?
Сергей молчал, он смотрел в глаза Вере, а она смотрела на него.
– Что молчишь, командир? Не можешь произнести, давайте спросим у «отца народов». Иосиф Виссарионович?
– Расстрел, – послышался грустный голос грузина.
– Вот, – довольно сказал робот и шагнул в центр комнаты. – Поэтому властью, данной мне, я приговариваю Веру, мою любимую жену, и Маргариту, мою прекрасную сестру, к расстрелу за дезертирство, невыполнение приказа, измену, аморальное поведение и просто отвратительный характер.
Он направил пистолет на Марго и нажал на курок. Пуля влетела в стену рядом с блондинкой. Алеша бросился на робота, Лёня отшвырнул его, и пистолет еще раз выстрелил – теперь в потолок.
– Девки, да у вас столько здесь заступников, прямо не знаю, что делать. – Лёня в задумчивости смотрел на наемников. – Перебить, что ли, всех или оставить кого-нибудь на десерт?
– Отпусти их, разбирайся с нами, эти люди тебе ничего не сделали, – сказала Вера.
– Нет любимая, я пока не хочу. Люблю шумные компании, посиделки, когда все напьются, а потом подерутся. Помните, как собирались дома на Пролетарском? – Он взял стопку и выпил залпом. – Систер, может, ты споешь, а Вера станцует?
– Ты какой-то маньяк, товарищ Мелентьев, – съязвила Марго. – Ты хоть дядю Петю с тетей Симой навестил? Что с ними стало?
– Не знаю, я их не навещал.
– За пятьдесят лет ты даже не удосужился навестить единственных родственников! – Марго стала ходить по комнате. – Хотя о чем я говорю, ты и сестру с женой не очень-то стремился вытащить из плена. Что сказал бы полковник Суворов, если бы тебя сейчас видел?