– Полковник Суворов успел нас предупредить, он организовал нам эвакуацию. Он сказал, что нас предали, что все это было спланировано. Он надеялся нас спрятать где-нибудь в глуши, пока все не уляжется, чтобы потом вывести куда-нибудь.
Лёня смотрел на Веру с такой ненавистью, что казалось, вот-вот он ударит ее или застрелит, а потом его лицо переменилось, и он стал улыбаться.
– Пока не уляжется? Пока не уляжется? Мне отдали приказ ликвидировать собственную сестру и жену, которых обвинили в измене Родине! – Робот закрыл голову рукой. По лицу снова пошли судороги.
Вера вспомнила, она все вспомнила. Девушки бежали по лесу, по тому лесу, который окружал их сейчас, а за ними гнались ребята, Лёня кричал: «Никакой стрельбы!» Марго увидела люк, они быстро открыли его и оказались внизу, в катакомбах. Девушки побежали по туннелю, но ребята настигли их и преградили путь. Лёня вышел на свет и наставил на них пистолет. Они обе были безоружны. Марго стала пререкаться с братом, они перешли на крик, и Ян встал между ними. Подбежал Док. Близнецов развели по разным углам – Женя успокаивал Марго. Док пил из фляжки, Хуан предлагал всем успокоиться и что-то придумать, ведь не бывает безвыходных ситуаций, ведь можно вымолить прощение или выполнить новое задание, которое перекроет прошлые ошибки. Док предложил инсценировать смерть Марго и Веры, подбросить два других трупа, которые Лёня потом опознает. Ян предлагал спрятаться в Польше, он твердил, что в Кракове можно спрятать кого угодно, а потом сделать паспорта и бежать в капстрану. Лёня сидел в стороне, и по его щеке текла слеза. Весь его мир рухнул в один момент, все надежды и достижения. Он стал мужем предательницы, таким же предателем. Вера подошла к нему, обняла и поцеловала. Он убрал пистолет и сказал: «Мы что-нибудь придумаем. Я уверен, они поймут, они простят. Я сам бы сделал то же самое». А потом темнота, Вера больше ничего не помнила.
– Прости нас, Лёнь, это мы тебя убили – сказала она. – Мы нарушили приказ, ты ни в чем не виноват. Мы тебя погубили, ты так мечтал стать генералом, насовершать подвигов и умереть за свою страну, но, – она стала захлебываться слезами, – мы не могли по-другому. Прости нас, пожалуйста.
Робот молчал, он внимательно смотрел на свою жену.
– Лёня, если хочешь мстить, то мсти нам, – сказала Марго необычайно спокойным тихим голосом. – Отпусти этих людей, они приехали, чтобы спасти маленькую девочку, которая может умереть, они никому не причинили зла. Больше никого не убивай. – Она обняла брата. – Помнишь, ты же всегда был лучшим, самым справедливым? Сделай доброе дело, ты же такой благородный, невиновные не должны страдать, они уедут, а мы останемся. Разбирайся с нами, но они здесь ни при чем.
– Солдат ребенка не обидит, – сказал Лёня и почесал затылок. – Но, сестренка, увы, мне отдали приказ ликвидировать всех в этом доме. – Лёня поднял пистолет.
– Кто отдал, Лёня? Адаев? Он жив? Директор?
– Я… я не помню…- сказал он механическим голосом.
Кирюша шумно сглотнул.
– Ну так стреляй! – Марго с вызовом встала перед братом. Он наставил на нее пистолет, а она уперлась лбом в дуло. – Выполняй приказ, братишка!
Лицо робота опять перекосило в судороге, он снова опустился на колени. По щеке Веры текла слеза.
Послышался тихий механический голос:
– Бессмертные, я приказываю вернуться на базу, я приказываю вернуться…
Леня выронил из руки пистолет, по его лицу пошли электрические судороги. А потом оно снова стало прежним. Лёня улыбнулся и сказал:
– Да пошел ты! Я больше не подчиняюсь ни чьим приказам! Систер, Верушка, я решил! – На его лице опять появилась улыбка сумасшедшего. – Я не хочу никого убивать, я не хочу больше выполнять приказы! – Он забрал пистолет и поставил его на предохранитель, – Мы возвращаемся!
– Куда? – спросила Марго. –Искать Сару Коннор? Или ее сына?[1]
– В долгую счастливую жизнь! За речку конечно, будем моджахедов мочить, как раньше! – Он стал смеяться своим каркающим сумасшедшим смехом. – Док, Ян, хватайте Систер, возвращаемся на базу.
– Когда же закончится эта психбольница? – Марго закатила глаза.
– Никогда, сестренка, никогда! – радостно воскликнул ее брат-робот и запел «Лондон, гудбай».
– Вера Фридриховна, Маргарита Устиновна... – только и успел вымолвить грузин.
Лёня схватил Веру, Док и Ян потащили Марго к двери. Вера обернулась и жалобно посмотрела в глаза Сергею, который все еще пребывал в шоке.
Бессмертные покинули дом Директора.