Бессмертные напали неожиданно. Открылась одна из железных дверей – на Алешу налетели мертвые поклонники Марго. Ее лучшие друзья, расстрелявшие его вчера – длинноволосый и гопник, как он их окрестил. Гопник напал сзади, попытался сбить его с ног, но Алеша отразил атаку и начал стрелять, целясь в голову. Однако робот был слишком быстрым. Потом налетел второй, длинноволосый Док. Он хотел ногой ударить Алешу, но тот успел поймать ее и кинуть Дока в сторону. Алеша удивился своей реакции и силе, к тому же у него появилась энергия и даже задор. Если бы такая схватка происходила вчера, он уже валялся бы где-нибудь в углу и стонал от боли в плече. Это была не просто драка, ему хотелось наказать роботов за вчерашнее. Он видел ненависть гопника – его карие глаза навыкате готовы были прожечь в Алеше дыру. Парень даже задумался на секунду: а вдруг у гопника вместо глаз лазеры и тот сейчас испепелит его взглядом? Как хочется проткнуть глаза ножом. Только бы не промахнуться.
Второй, Док, не отставал, он стрелял из красивого ТТ с гравировками и узорами. Алеша выхватил нож, махнул им перед лицом поляка, тот увернулся и ударил его по руке, потом ногой по голове. Алеша упал, но быстро поднялся и снова пошел в атаку.
Тем временем другие роботы – смуглый смазливый парень и кудрявый усач, который подарил бумажного зайчика Карамельке, напали на остальных «дружинников». Те отчаянно отстреливались. Алеша видел, как на лице его друга появляется непонимание. Муз был уверен: если всадить несколько магазинов в роботов, то они должны остановиться. Но те даже и не думали сдаваться и отходить назад. Бессмертные давили, «дружинники» отступали.
– Командир, давай кинем гранату!
Седой молчал.
И тут появился предводитель. Он был в ярости, без той сумасшедшей улыбки, песен и танцев – только лютая животная ненависть. Он отбросил Макса и Психа в разные стороны, словно оловянных солдатиков, и пошел на командира. Набросился на Седого, сорвал с него шлем. Командир пытался отбиваться, но силы были неравны. Эрик был прав, со своими женщинами он поддавался, даже наполовину не используя свою силу. Алеша краем глаза видел, как близнец-плохиш разит Седого, как кидает его в стену, как железной рукой бьет в голову, ногами по почкам, печени, ломает ему ребра. Алеша слышал треск сломанных костей. От таких ударов просто перехватило дух, разрывы внутренних органов гарантированы. Парни кричали, стреляли – бесполезно. Псих кинулся на робота, но тот снова отшвырнул его. Алеша и сам стал палить в предводителя, но тот не реагировал, к тому же соперники Алеши не собирались уступать и останавливаться. Он пропустил несколько ударов в лицо и повалился в угол.
– Стойте, прекратите это! – послышался голос Марго. – Это все бессмысленно!
Роботы замерли. Выбежавшая из комнаты блондинка накинулась на брата сзади. Он обернулся к ней, тяжело задышал и опустил руку. Седой лежал и хрипел, изо рта у него шла кровь. Похоже, он умирал. Макс и Псих бросились к нему. Из комнаты появилась Вера.
– Лёня, я прошу тебя, остановись, прекрати это.
В ее руке что-то сверкнуло, шприц. Она передала его Марго.
Робот злобно посмотрел на «дружинников» и молча ушел вместе с Верой. Блондинка присела над Седым и сделал ему укол в шею. Командир вздрогнул, обмяк и отключился.
– Пульс есть, - сказал Муз, он вздохнул, - твою мать. – Он плюнул в сторону.
Роботы стояли неподвижно, они смотрели прямо перед собой. Алеша подскочил к девушке. Она была все еще в синем заводском халате, который практически превратился в лохмотья.
– Марго, мы пришли за вами!
– Нет, Алеш… Никита… Мы остаемся. – Она опустила глаза – А вы уходите.
– Нет! – закричал Алеша.
– Передайте Карамельке привет от двух добрых волшебниц Страны Оз и не держите зла на нас и на Лёню. Он был совсем другим, человеком он был, человеком, очень добрым и веселым.
– Нет!
– Уходите, пока его Вера отвлекает…
– Нет! – Алеша схватил ее за руку. – Я не оставлю тебя здесь!
– Все кончено!– крикнула она. – Одолеть его невозможно. Ты не понимаешь, я никогда не брошу брата, никогда.
В ее глазах было отчаяние, она пристально смотрела на него, а потом притянула к себе, резко и страстно поцеловала в губы и отстранилась. Он привлек ее к себе и жадно целовал, как сумасшедший, не в силах остановиться. Словно если отпустит, то умрет. Его руки обхватили ее спину, такую хрупкую и такую горячую. В голове помутнело — теперь он не мог ее отпустить, только не сейчас, никогда. Марго резко оторвалась от него, а он опять притянул ее к себе, шепча: «Нет, пожалуйста»». Она оттолкнула его, развернулась и убежала.
– Нет! Марго, нет!