Зайдя в деревенский кабак «Еда и пиво», Марго на всякий случай сказала: «Ку!», но приседать не стала. Ошарашенному старику за стойкой они наврали, что с детства жили отшельницами в горах и не знают, какой теперь год и что происходит вокруг. Он хитро на них посмотрел, мол: «Как же, знаем мы таких, отшельниц!», но сообщил, что на дворе две тысячи сорок пятый…
И ошеломленные сестры поняли, что проспали пятьдесят с лишним лет! Это звучало как приговор. Они в своем заточении пропустили развал СССР и чеченские войны, Донбасс и Ближний Восток, пандемию и ядерную катастрофу. Даже смерть Виктора Цоя они не застали, заснув немного раньше.
Захарыч, так звали старика, рассказал, что двадцать лет назад все ядерные державы обменялись любезностями, в итоге часть Москвы оказалась полностью разрушенной, Новосибирск, Калининград и Севастополь пострадали еще больше. США остались без Сан-Франциско, Нью-Йорка, Вашингтона, Хьюстона и других прибрежных городов. После удара России по Штатам ударила также Северная Корея, она не смогла отказать себе в удовольствии напасть на США. Это было удивительно, но две державы, которые много лет угрожали друг другу ядерными бомбами и постоянно мерились величиной своих орудий, стали лишь придаточным звеном в цепи ядерных разборок.
А дальше, по словам Захарыча, начались войны между российскими городами и целыми регионами. Из состава по очереди стали выходить все регионы, образовывая автономные республики и независимые города. Ростов-на-Дону оккупировали бандиты и полностью подмяли под себя правоохранительные органы. Они переименовали город в Ростов-Папа и стали выбирать пожизненного хозяина города, папу, как это делают в Ватикане. Вера тогда спросила, устраивают ли они церемонию с дымом, когда выбирают папу. Захарыч ответил, что да, дым идет – они поджигают пару домов или деревень в округе.
Тем временем китайцы не дремали – они решили оторвать кусок от большой страны и захватили Иркутск и Хабаровск. Южные соседи, в свою очередь, нанесли удары по ядерным объектам КНР. Иркутск и Хабаровск наши отбили, но ядерное, химическое и биологическое оружие, примененное против азиатов, привело к страшным последствиям — появились мутанты, которые расползались по всей стране. Говорили, что они даже прорвались через Великую Китайскую стену, уничтожая все на своем пути.
Этот разговор потряс девушек. Они поражались, как такое вообще могло произойти. Вера и Марго росли в атмосфере взаимовыручки, товарищеских отношений, когда каждый готов прийти на помощь другому.
«Это какая-то злая шутка» - думала Марго. Она была коммунисткой до мозга костей, такой же как и брат. Даже проведя десять лет в детском доме вместе с Лёней и Верой, она не ожесточилась, не заявляла о несправедливости жизни и искренне верила в идеалы справедливого советского общества.
Их первое появление не осталось незамеченным среди местного населения: кто-то смотрел с интересом, кто-то с опаской. Но среди мужчин в тот день произошел настоящий взрыв буйного помешательства. Простые посиделки в кабаке «Еда и пиво» закончились долгой массовой потасовкой бандитов Барыги и местного населения, с полетом бутылок, столов и стульев. Непонятно, из-за чего начался весь сыр-бор: то ли брюнетка не нашла спички, а местные никак не могли договориться, кто даст ей прикурить, то ли блондинку хотели пригласить на танец сразу два мужика, но, забыв про девушку, стали бить друг друга в рожу. Такому побоищу могла бы позавидовать любая средневековая хроника: тут были атаки, контрнаступления, кровавые раны, грязь, взятие в плен и даже знамена. Вассалы одного феодала напали на вассалов другого – правда, вместо мечей они были вооружены лопатами, кочергами и вилами.
Эта «Кабацкая битва», как ее потом окрестили, вошла в историю деревни Гдетовка, обрастая все новыми подробностями. О ней еще долго говорили, но не с сожалением, а с воодушевлением. Какой-нибудь Степаныч, ненагражденный герой той битвы, с упоением вспоминал, как Саныч, ветеран, дал ему в ухо, а он в ответ прокусил Санычу руку до крови. «Эх, хорошие были времена!» – добавлял Степаныч. Угомонить толпу смог тогда миротворец Захарыч – владелец кабака «Еда и пиво». Он выбежал с автоматом и стал палить в воздух, как ненормальный.
После этого инцидента сестры договорились, что дабы не провоцировать местных, будут только изредка наведываться к старику за разными крупами, сладким и новостями. С Захарычем они быстро стали приятелями, у него было хорошее чувство юмора, к тому же он относился к ним по-отечески и не задавал вопросов про прошлое, хотя часто хитро поглядывал, говоря: «Знаю, знаю все про вас, плутовки». Сами же плутовки в благодарность приносили ему застреленных ими зверей на готовку и продажу. Вот и завтра они собирались в деревню – старый пройдоха говорил, что попытается достать шоколад для Марго.