Даже печальные глаза брюнетки переменились – она стала заливисто хохотать в голос, а блондинка выглядела удивленной и раздосадованной одновременно.
– Ну все, Систер, будете сегодня вечером под луной сидеть…
– И за руки держаться, – подхватила блондинка и закатила глаза. – А-а-а-а!..
– Батя, просто песня! – засмеялся Кирюша.
В зале наконец заиграла нормальная музыка: блюз «Ночной каприз» группы «Моральный кодекс». Алеша самодовольно, но осторожно улыбнулся – ему до сих пор было больно.
– Ну что, потанцуем? – предложил он.
– Я извиняюсь, но к даме так не обращаются, – колко ответила блондинка.
Парень встал из-за стола и отвесил шутовской поклон:
– Не соизволите потанцевать со мной, сударыня? То есть королева, простите.
– Не соизволю, – весело сказала девушка. – Королеве перед свиданием с таким бравым кавалером нужно припудрить носик.
Она встала из-за стола и оказалась вплотную к парню. Его ударило дурманящим свежим ароматом хвои и мяты. Блондинка посмотрела ему прямо в глаза – сердце Алеши подпрыгнуло и готово было поскакать куда глаза глядят от такого взгляда. Девушка резко отвернулась, задев волосами его лицо и отправилась в угол, к занавескам. Захарыч уже нес бутылку розового шампанского крымского производства, видимо, давно припасенную для особых случаев. Он поставил на стол подсвечник и зажег свечи. Алеша сел на свое место и стал с нетерпением ждать свою даму сердца. Послышался гулкий звук пробки, выпрыгнувшей из бутылки – старик наполнил три бокала розовым пенящимся напитком.
– Захарыч, ты настроен на романтический лад? – спросила брюнетка.
– Это самое, с вами мое сердце расцветает, полнится любовью, словно тает! – в рифму сказал старик.
Брюнетка улыбнулась:
– Стихами заговорил?
– Так я когда-то писал стихи, это самое, даже хотел издаваться, но редактор, козел, – он сделал ударение на последнем слове, – не принял. Сказал, что мои стихи отражают только… э-э-э… безысходность как последствие профессиональной и личностной деградации. «Преступление-наказание в наручниках объято, осветление-покаяние и миллион изъято», – продекламировал старик.
– Когда в милиции работал?
– Да, – кивнул Захарыч. – В полиции.
– А как зовут почитательницу Федора Михайловича? – спросил Седой у брюнетки.
– Какая разница? Вы здесь проездом и наверняка не запомните ни этот край, ни этот кабак, ни эту девушку.
– Вы ошибаетесь. Меня, например, зовут Сергей.
Алеша удивился поведению Седого. Он не помнил такого, чтобы командир заигрывал с какой-либо дамой. Парень видел его женщин, красивых женщин, интересных женщин, но с ними при других Седой общался крайне апатично и холодно, в то время как они сами были готовы на многое ради него. Академ рассказывал, что до войны и гибели их друга Дэна, Седой был совсем другим человеком, но Алеша не представлял его в роли галантного дамского угодника. Парень, конечно, не ходил с ним по женщинам, как с Музом, но Сергей Славин казался ему загадочной личностью, к которой прекрасные дамы сами выстраиваются в ряд за скупой порцией любви и ласки.
– Не думаю, что мне необходимо знать ваше имя, – сказала брюнетка. – Если вы, конечно, не решили сюда переехать.
– Я бы с радостью. – весело вставил Алеша. – Поближе к вашей подруге. Где, кстати, вы живете?
– Я же сказал, к женщинам не приставать, – напомнил старик. – Руки свои загребущие при себе держать, это самое. Знаю я вас, молодчиков, вам только дай волю!
Брюнетка засмеялась, погладила старика по плечу и с иронией произнесла:
– Мы с сестрой живем в заколдованном замке.
– Можно и переехать, – сказал Седой. – Только мы ничего не знаем об этом крае.
– О-о-о! – протянула брюнетка. – Эти прекрасные леса мог бы описать Пастернак, Тургенев, Леонов, может, даже Толстой, если бы нашел здесь подходящий дуб. Здесь могли бы происходить события тысячи книг, но не происходит ровным счетом ничего, рутина. – Она внимательно посмотрела в глаза Седому и приподняла бровь. – Отличная охота и рыбалка.
Седой выпил еще и, кажется, не собирался оставлять брюнетку в покое. Алеша уже начал подозревать, что командира подменили инопланетяне. А может, он решил втереться в доверие, чтобы узнать что-то о Бессмертных и «Ренегате»?
Впрочем, мысли Алеши были заняты другим. Он представлял, как будет проводить незабываемый вечер с блондинкой, как завтра будет хвалиться и вспоминать жаркие слова, страстные поцелуи и прикосновения. Он решил, что сегодня им точно быть. Он запустит руку в ее густые белые волосы, будет гладить ее фарфоровое лицо и обнимать хрупкие плечики. Еще одна победа, еще одна доза адреналина! Прекрасная амазонка, самая прекрасная в его жизни! Мокрые белые волосы и оголившаяся маленькая грудь… Может, она оголится еще раз этим вечером. Его снова кинуло в жар от полета в розовых облаках Амура.