– Увлекательная история, - улыбнулся Академ, – только не понимаю, зачем она нам.
– А затем. Никто в точности не знает, что произошло здесь двадцать лет назад, но все жители Академгородка исчезли вместе с рабочими завода, директором и всем персоналом НИИ. Тогда же и появились Бессмертные, мы не знаем, откуда они здесь объявились и почему. Можно считать это простым совпадением, но я хорошо помню звук автоматной очереди, крики и людские стоны. Их невозможно забыть. А что до препарата, который вы ищете, то Бессмертные выгребли все с завода и из НИИ.
– Но ведь там все в нетронутом виде и останков нет, – сказал Седой.
– Конечно, зачем им таблетки от кашля и витаминки? Им был нужен «Ренегат-девять», который способен заживлять и регенерировать клетки. Бессмертные не просто бандиты, это бывшие или действующие военные и умеют убирать за собой все следы. Я думаю, что директор завода не захотел отдавать «Ренегат» добровольно и его убили.
– Ты, я смотрю, знаешь о препарате. Может, и с профессором был знаком?
– Адаев Илья Ильич, – Полковник усмехнулся, – конечно, удивительный человек, гений, но с особыми интересами. Любил насилие, нравилось ему поколачивать женщин да смотреть на это.
– Что ж ты, Полковник, не разобрался с профессором-извергом ради мирных жителей, женщин и детей? – Седой сверлил старика взглядом.
– Недосягаемой фигурой оказался, слишком крутые у него покровители. Пропал он в тот же день, что и все остальные. Может, это был заказ на ликвидацию семьи директора и похищение профессора, кто его знает. Все-таки революционные технологии ничто без создателей, Бессмертные могли продать Адаева разведкам других стран. А может, сам Адаев решил инсценировать свою смерть и сбежать подальше от своих покровителей. Или нашел новых. Кто знает? Я его не искал.
– Ну, если они такие башковитые, то могли продать препарат на черном рынке, стать миллиардерами и уехать жить на острова, – мечтательно заметил Эрик, поглаживая свою бороду.
– Наверное, так поступили бы многие и жили бы припеваючи на островах. Они умные, поэтому оставили все себе, чтобы стать непобедимыми. Поверьте, эти ребята любят убивать, они настоящие маньяки. Кто знает, кто они? Может, «Моссад», может, бывшее ГРУ, может, китайцы после бегства из Иркутска. – Полковник еще раз выпил. – Вы с ними уже встречались?
– Напоминают супергероев, – усмехнулся Седой. – Откуда такая осведомленность? Если они такие беспредельщики, почему они не убили тебя, Полковник?
Седой внимательно смотрел на старика. Ему представилось, что он на южном рынке, где продавец и покупатель пытаются друг друга перехитрить, поднимая и снижая цену.
– Мы с местными договорились с этой бандой, заплатили кругленькую сумму, и они пропали на несколько лет, – объяснил Полковник. – А теперь вернулись. Мы боимся за женщин и детей, все-таки жить рядом с террористами даже в этом мире страшновато.
Неожиданно послышался грохот со стороны леса. Мужчины обернулись к окну – над лесом поднялась стая птиц.
– Кто-то в шахте стреляет, – обратился к Полковнику один из амбалов. -- Проверить?
Полковникне ответил.
Седой включил рацию – там опять только шум. В сердце снова поселилась тревога, но уже не только за Карамельку, но и за парней.
– Что командир, техника барахлит? – в глазах Полковника читалась легкая надменность.
«Кто же ты такой?» – подумал командир.
– Ты, случаем, не один из тех коммерсантов, которые прибрали к рукам золото и фарму?
Полковник улыбнулся:
– Все возможно, командир. Скажем так, я был свидетелем подъема братьев, но, к сожалению, не их падения. Они оба погрязли в наживе, в этом бесконечном обогащении, золоте. Их не интересовали истинно великие дела и цели, хотя с их деньгами они смогли бы сделать из Гдетовки курорт не хуже европейских.
– А ты, значит, социалист-альтруист? Добровольно отказался от богатства? Странно… Деревня в разрухе, но влиятельный Полковник ездит на «мерседесе гелендвагене». Однако при этом живет в странной башне-развалюхе, когда рядом есть шикарная вилла.
– Что-то не сходится, – поддержал друга Академ.
Старик вздохнул.
– Это гиблые места, командир – все, что на той стороне, где завод, НИИ, шахта. Местные не особо жаловали эти места, когда здесь еще жили люди, а уж после… – Он махнул рукой. – Мы стараемся без надобности не наведываться в Академгородок. А что до деревни, то они живут, как им нравится. Можно было бы сделать из Гдетовки курорт, но, боюсь, то, что живет в катакомбах, будет против.