Оказание указанных услуг осуществляется на возмездной основе, при этом размер вознаграждения Консультанта символически установлен в размере одного куспидата, что подчёркивает доверительный характер взаимоотношений между сторонами. Переданные полномочия сохраняют свою юридическую силу до момента их официального отзыва самим представляемым лицом, расторжения данного договора по обоюдному согласию сторон, прекращения действия договора в одностороннем порядке по установленной законом процедуре, а также в случае возникновения обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор), которые объективно препятствуют дальнейшему исполнению его условий…« — читать дальше Эдрик не стал, быстро подписав бумагу лежащим прямо на ней магическим пером-верификатором, гарантирующим, что подпись нанесена лично. Бумага тут же исчезла, чтобы возникнуть в руках девушки, вероятно являющейся той самой Найрой Суудэр (далее 'Консультант»), которая как раз сменила позу, эффектно переложив ногу на ногу, чем надёжно исключила Эдрика из сферы внимания присутствующих.
— Вот договор! — сказала она небрежно. — Так что далее вам придётся иметь дело со мной.
— Найра, вы… — секретаря аж перекосило.
— Да! Я Найра Суудер, и я остановлю этот юридический беспредел! Права моего клиента священны!
— Заседание приостановлено, — сказал председательствующий эльф, — для изучения новых данных по делу. О времени следующего заседания вас известят в установленном порядке. Следующее дело!
— Пойдёмте, — поманила Эдрика изящным пальчиком девушка, спрыгивая со стола и направляясь к выходу. — Нам надо кое-что обсудить.
Судейские проводили её пристальными взглядами ниже спины.
Посмотрев, как Эдрик забирает у охраны здания баул с вещами и чехол с ружьём, Найра поинтересовалась, где он остановился в Бос Турохе. Узнав, что нигде, предложила свой вариант.
— У семьи Суудер большой особняк в центре, а я, увы, её последний и единственный представитель. Свободного места полно. Ах, да, с вас куспидат. Мои услуги обязательно должны быть оплачены, иначе договор будет признан юридически ничтожным. В горсовете те ещё крючкотворы!
— Вы блестяще выступили, — Эдрик протянул ей серебряную монету.
— А, ерунда, эффект неожиданности. К следующему заседанию они подготовятся лучше. Эй, возница! — Найра замахала рукой, подзывая наёмную повозку. — Нам на улицу Тэнгэр Дор, Второй Дагинский проезд, три.
Эдрику адрес показался отчего-то знакомым. Припомнив, достал из кармана бумажку, которую передал ему подозрительный дядя, развернул, прочёл.
— Так вы от…
— Тс-с-с! Не надо имён! — остановила его девушка. — Меня попросили вам помочь, и я успела в последний момент. Если бы они приняли первоначальную резолюцию, отыграть её назад было бы почти невозможно, а так у нас появилось время для манёвра. Ну что вы стоите? Садитесь в карету!
В особняке Суудер огромный просторный холл, в котором, несмотря на безупречную чистоту, чувствуется некая лёгкая необжитость. Не похоже, что хозяйка проводит тут много времени и вообще хоть как-то заботится о доме: нет никаких мелочей, выдающих вкус обитателей. Высоченные, как принято в эльфийском стиле, сводчатые потолки, стрельчатые наборные окна с абстрактными витражами, магические светильники, почти не разгоняющие полутьму.
— У вас есть одежда, которая не воняет порохом, смертью и свежей кровью драу? — спросила Найра. — Желательно, чтобы она при этом не выглядела так, как будто вы в ней охотились на кобольдов в канализации.
— Вы так говорите, словно хотите показать меня родителям в качестве жениха, — засмеялся Эдрик.
— Ещё хуже. Я хочу отвести вас в банк. Что же касается родителей, то я, как и вы, сирота.
— Простите, я…
— Ничего страшного. Наши истории схожи, я много лет их не видела, но однажды вернулась в Бос Турох за наследством. Так у вас есть во что переодеться?
— Да, но это последний приличный комплект. Если мы собираемся грабить банк, я бы предпочёл надеть что-нибудь менее маркое.
— Надеюсь, обойдёмся без стрельбы в потолок и взятия заложников. Служанка проводит вас в гостевую комнату, отдайте ей грязную одежду, она приведёт её в порядок. А вы приведите в порядок себя, банкиры почему-то очень не любят оборванцев.