- Не волнуйся. Мы будем лишь помогать Прупису с обслуживанием воинов. Следить за лошадьми и обмундированием, организовывать их досуг. Ничего со мной не случится, опасности нет, - с улыбкой успокаивал её Тэб.
- Я чувствую что-то нехорошее. Ведунья Мара сказала, что тебя ожидает нечто плохое на самом Консуалии.
- Ты опять ходила к этой карге? Она обманщица! Позорит Римлян и гневит Богов! – Тэб не на шутку рассердился.
Рея лишь склонила голову, пережидая его гнев. Вскоре старший попрощался со всеми и ушел в компании четверых помощников. У забора осталась стоять одинокая раба, разлученная со своими друзьями. Хотя на самом деле этим двум рабам не было до неё дела. Их связывала только служение одному господину. И тем не менее, она с грустью смотрела на то, как уходят её единственные знакомые.
- Эй, ты. Расскажи о себе, - обратилась к рабе Рея.
- Да, госпожа, - смиренно склонив голову, она подбежала к ней.
Её звали Сиена. Ей было пятнадцать лет. Небольшая худоба и почерневшие ногти на ногах выдавали то, что с ней не очень хорошо обращались. Длинные светлые ломкие волосы, огрубевшая кожа на руках, но тем не менее правильные черты лица. Она сразу понравилась Сабо, хоть и была старше его на пять лет. Её судьба была похожа на его собственную. Она не помнила родителей, её и братьев воспитывал торговец рабами. Сама она была с Севера Италии, где в результате междоусобиц погибло почти всё её поселение.
- В общем так, будешь хорошо работать – буду кормить. Не воровать, с незнакомцами не говорить, за ограду одна ни ногой. Слушаться только меня или на кого я покажу. Всё понятно?
- Да, госпожа, - всё так же коротко ответили хозяйке дома.
- Сабо, покажи ей её место, и пусть она помогает тебе сегодня.
Парень быстро вскочил с земли и махнул рукой Сиене.
- Здесь, за этой стеной, твоё место для сна. Там есть лавка и чем укрыться. Позже натаскаю тебе соломы, чтобы было мягче. А тут у нас огород. Но это потом. Пошли, надо натаскать воды для обеда. Тут у нас запас мяса, сушилка для грибов. Там яма для запасов и чистая вода. – Сабо быстро говорил про всё, что попадалось по дороге, таща собеседницу за руку.
Будь Сабо чуть постарше, то заметил бы небольшой румянец на лице девушки. Но он был ребенком и думал только о том, как бы выполнить своё работу побыстрее и отправится гулять по городу. Он любил слушать зазывающие речи торговцев, нахваливающих свой товар. Переговоры богатых людей, неспешно идущих по рынку в поисках интересного товара. Звучные голоса певцов, отрывистая речь патрульных воинов, даже переругивания и раскатистый смех пьяниц позволяли ему услышать и узнать что-то новое. Но больше всего он желал узнать о похождениях воинов, романтика жизни которых всегда привлекала его. Часто его самого затягивали в разговор, и он с удовольствием рассказывал о себе. Правда о том, что он был рабом, Сабо предусмотрительно не распространялся. Столь неожиданное красноречие мальца часто радовало собеседников.
Однажды мальчик встретил Сенатора Гракха. Они не виделись раньше, но так получилось, что у них завязался разговор. Приняв подслушивающего прохожих парня за вора, сенатор парой вопросов выяснил, что его отец работает на него самого. Гракх с интересом выслушал историю мальчика о его пребывание в Риме. Он старался узнать побольше о всех гражданах Рима. По большей части ради своей выгоды. Он считал, что «знакомым стадом управлять лучше, чем пытаться угнать чужое».
Раньше Гай Гракх был странствующим торговцем. И пусть дела торгового люда шли хорошо, но амбиции направили его в растущий Рим. Он не был основателем города, не следовал за Ромулом с самого начала, однако смог пробиться в Сенат благодаря хорошо подвешенному языку и множеству людей, которые зависели от него. Он прекрасно понимал психологию человека, сходу разбирался в характере собеседника. Сам он был выдающимся оратором и нередко к его мнению прислушивались чуть более внимательно, чем к остальным сенаторам.
Сабо схватил два глиняных кувшина из погреба, вручив один немного растерянной Сиене. Снова схватив её за руку, он направился к ручейку. Вспомнил, как носили мисками для еды воду в первые их дни на новом месте. Рассказав это Сиене, он вызвал у неё легкую улыбку.