Яростно я сорвала цепочку с шеи и отбросила медальон в сторону. Он скользнул по деревянному полу, и цепочка обвилась вокруг ножки стола. Мне было все равно. Я больше никогда не буду дотрагиваться до этой штуки!
Наконец-то я встретила парня, который мне понравился, – и пожалуйста! Видимо, я просто привлекаю психов. Новый приступ рыданий накрыл меня.
Мне нужно было срочно поговорить с Ким. Ей я могла бы излить душу. В Делавэре было всего полпятого вечера, и я надеялась, что моя лучшая подруга дома. Так и было. Уже после третьего гудка я услышала знакомый голос. Я была так рада, что в слезах не могла сказать ни слова.
– Сэм? Что с тобой? Что случилось? – спросила обеспокоенно Ким.
– О боже, Ким! Все ужасно, – прорыдала я в трубку.
– Милая… Хочешь, я прилечу и надеру задницу всем англичанам?
– Шотландцам! Я в Шотландии, Ким. – Но ее предложение слегка улучшило мое настроение, и по крайней мере я смогла формулировать понятные фразы. Я рассказала ей о Пейтоне, о том, как он мне нравился и как странно себя вел. Его необъяснимое поведение этим вечером мы обсудили во всех подробностях, и наконец Ким сказала:
– Понятия не имею, как помочь тебе. Твой сказочный принц кажется мне сумасшедшим. Лучше всего просто забудь его.
Я сердито фыркнула. Типичная Ким. Она постоянно влюблялась. Но если из этого ничего не выходило, она не позволяла себе грустить и быстро находила замену. Я же была совсем другой. Я влюбилась в первый раз. И именно так, как об этом говорят. С бабочками в животе, стучащим сердцем и дрожащими коленями. Весь набор. И я знала, что больше никогда не найду такого человека. Пейтон был особенным. Все шло так замечательно, когда я была рядом с ним. Нет, я не хочу и не буду его забывать.
– Ах, Ким. Ты ничего не понимаешь…
Короткое молчание последовало на другом конце провода.
– Давай посмотрим на это с другой стороны: через две недели твой обмен закончится, и ты вернешься домой. Не очень выгодно любить шотландца на другом конце света.
Ким как всегда. Практична и прямолинейна.
– Но я умру, если не увижу его снова! – жалобно сказала я, представив свое будущее без его сверкающих глаз.
– Во всяком случае, тебе не нужно умирать сразу… – пошутила Ким, – да и есть еще Райан.
– Пф! Райан! Пусть кто-нибудь другой заберет этого надутого индюка.
– Правда? Что ж, надо поделиться с тобой новостями. Ты удивишься, – Ким немного помолчала, затем продолжила: – Эшли приехала вскоре после твоего отъезда, и наш ловелас Райан тут же взялся за старое. Наверное, нуждался в утешении после твоего отказа, бедняга. Во всяком случае несколько дней их видели вместе, а затем перестали. Джастин считает, что Райан сыт ею по горло, потому что на самом деле он влюблен в тебя.
– Какая чушь! Райан влюблен только в одного человека, а именно в себя самого. Конечно, Эшли не отпустила бы его просто так, да и ты знаешь, каков Райан. Он не особенно разборчив.
– Да, однако он сказал Джастину, что сам не понимает, в чем дело, но не может перестать думать о тебе. У него нет твоего номера, и он уже дважды просил меня передать тебе привет, если я буду говорить с тобой.
– Ну спасибо! Ты только что это сделала.
Я не хотела больше говорить о Райане. Ким, видимо, совсем не поняла меня. Что бы ни произошло между Пейтоном и мной, я не могла забыть о своих чувствах к нему.
– Слушай, Ким, нам потихоньку пора заканчивать разговор. Можешь мне оказать еще одно маленькое одолжение?
– Конечно, какое?
– В моем рюкзаке должна быть книжка моей бабушки. Проверь, пожалуйста, есть ли там какие-то упоминания о шотландском клане Кэмеронов. Если мама будет спрашивать, скажи, что пришла навестить Эшли.
– Как будто она мне поверит!
Я хихикнула.
– Ты справишься, ты просто сокровище! Я позвоню тебе завтра вечером.
Я быстро положила трубку, чтобы у Ким не было возможности отказаться. Устало положила телефон на тумбочку и закуталась в одеяло. Мне было слишком грустно, чтобы раздеваться. Отчаянно хотелось спокойно обсудить все с Пейтоном. Я хотела бы, чтобы у меня была возможность рассказать ему о своих чувствах.
Слезы побежали по моим щекам и закапали на подушку. Так много вещей, которые я хотела бы пережить с ним, так много слов, которые я хотела бы сказать ему. Стрелки часов неумолимо бежали вперед, пока я ворочалась с боку на бок. Песня на гэльском звучала в моих ушах, я чувствовала его руку в своей, когда наконец уснула в слезах.
Глава 13