Она медленно кивнула, но ее мысли, видимо, вернулись к тому, что он говорил раньше, и она спросила:
— Что же это были за проблемы, которые обнаружились в двух других после падения Атлантиды? С двумя из шести, которые не сошли с ума? У них просто отсутствовали клыки?
Деккер замялся, а потом сказал:
— Это было самое очевидное различие. Некоторые неполнозубые также не имеют улучшенного ночного зрения, а в остальном они практически одинаковы. Они сильнее и скорость выше и умение читать и управлять разумом, как и мы.
— Так я смогу читать мысли и управлять людьми? — Она, казалась, удивленной.
Он кивнул.
— Это займет какое-то время, нужно обучиться, но да, ты будешь в конечном итоге читать мысли и управлять людьми.
— Хмм. — Дани замолчала на мгновение, все обдумывая, а затем нахмурилась. — Если Леониус был заперт, как он отец Лео? Я имею в виду, им же не разрешали супружеские свидания или что-то в этом роде, не так ли?
— Нет. — Деккер усмехнулся при этой мысли, но признался — Никто не знает наверняка, предполагается, что когда Атлантида пала или кто-то выпустил его и других, или может он просто сбежал во всей этой суматохе. — Деккер поморщился. — В любом случае, он выжил.
— А другие?
Деккер покачал головой.
— Считается, что остальные погибли в Атлантиде.
— Мне жаль, что Леониус тоже не погиб, — сказал Дани с горечью.
— Тогда бы я не встретил тебя, — отметил он спокойно. — Ты не была бы похищена, не была бы там, на поляне, чтобы я мог спасти тебя, не была бы здесь со мной сейчас.
Дани опустила голову. Она хотела сказать, что тоже предпочла бы это, но это не совсем верно. Она не могла еще сказать, что любила Деккера, она не была уверена, любит или нет, она никогда не любила мужчину. Конечно, ее сердце разрывалось от мысли, что она никогда не увидит его снова. Возможно, если бы Стефани тоже спаслась с той поляны, то это была бы совсем другая история, но она не спаслась. И Дани не могла быть счастлива, не могла в полной мере насладиться взаимоотношениями между ними Деккером. Казалось, ее ум был постоянно возвращался к беспокойству о Стефани.
Вздохнув, она откинула эти мысли в сторону и продолжила:
— Итак Леониусу удалось спастись с Атлантиды, посеять хаос и встретить свою родственную половинку и появился Леониус второй?
— У Леониуса было несколько сыновей, и он больше, чем посеял хаос, но я не уверен, что он когда-нибудь встречал свою родственную половинку.
— Тогда как…
— Леониус не только на смертных нападал, но также и на бессмертных, — объяснил Деккер с мрачным выражением лица. — Ему доставляло настоящее удовольствия похищать бессмертных женщин и заставлять их вынашивать своих детей. У Леониуса было много сыновей.
Дани подняла бровь.
— Но не дочерей?
— Видимо, они были ему не нужны и, как правило, он убивал дочерей при рождении.
— Мило, — пробормотала она.
Деккер продолжал:
— Леониус является одной из причин почему рожать можно один раз в сто лет. Он плодил детей дюжинами, держа людей как скот, чтобы накормить их, и это стало выглядеть так, как будто он создает войско из своих собственных отпрысков. Вот тогда был сформирован первый Совет бессмертных. Мой дедушка Рамзес собрался с несколькими другими бессмертными, чтобы попытаться выяснить, что сделать с Леониусом и его выводком, и после долгих размышлений, было решено, что их нужно остановить. Бессмертные создали собственную армию, напали на Леониуса и его выводок, и думали, что уничтожили их. Кажется, они упустили одного.
— Лео, — сказала она с вздохом.
Он кивнул.
Они оба молчали около минуты, а затем она спросила:
— Во мне сейчас первая неисправная партия нанос, верно?
— Ну да, не оригинальные, но клоны, которые воссоздавались со временем.
Она задумалась, а потом спросила:
— Есть ли способ это исправить? Может быть, сделаете мне переливание своих нанос, или… — Она замолчала, когда он начал трясти головой.
— Прости, Дани. Я не очень много знаю по этому поводу, но ты бы поговорила с Бастьеном. Он знает больше, но я уверен, что это не сработает. Твой нанос увидит, вторжение в тело и убьет их, как они убивают раковые клетки и вирусы.
— Верно. — Она выдохнула, играя, с теперь уже намного короче, веревкой на ее запястье, и спросила: — Так это получается, что если бы я захотела ребенка, у него был бы только один шанс из трех не появится на свет мертворожденным или безумным? — Дети рассматривались. Дани было за тридцать, и она недавно думала, о том что хотела бы выйти замуж и родить ребенка, или шесть, как ее родители.
Деккер молчал так долго, что она перестала возиться с веревкой и повернулась, посмотрев на него. Ответ был в его выражение лица, ужас, который сказал ей, что да, это так, и что он только теперь это понял.
— Мы не должны быть пожизненной парой, — сказала она тихо. — Я не буду винить тебя, если ты. . — Она замолчала, когда Деккер резко повернулся к ней.
— Мы пожизненная пара, Дани, — сказал он твердо. — И я хочу быть с тобой. Это ничего не меняет. Мы просто отложим рождение детей на некоторое время. У Бастьена есть люди, работающие над такого рода вещами. Он придумает что-нибудь.
— И если он не сможет, или я уже беременна? — спросила она.
Деккер моргнул, видимо, не подумавший, что они только что занимались сексом, внизу в шкафу без какой-либо защиты, не говоря уже о нескольких раз в сарае накануне, но она была тогда смертной, не надо было беспокоиться о том, что она edantate.
Дани наблюдала как Деккер закрыл глаза с беспокойством, и вздохнула про себя, взглянув на дверь, когда Мортимер крикнул им снизу. Она повернулась к Деккеру, когда он открыл глаза; он замялся на секунду, а потом встал и помог ей подняться на ноги, сказав:
— Мы пересечем этот мост, когда доберемся до него.
И определенно отныне использовать защиту, подумала Дани, когда он тащил ее из комнаты и вниз по лестнице.
— Что это? — спросил Деккер, когда они добрались до подножия лестницы, где Мортимер стоял с мужчиной, которого Дани никогда не видела.
Новенький ответил. Шагнув вперед, его взгляд был прикован к ней, он сказал:
— Бастьен попросил меня принести это для Дани?
Она взглянула вниз, и ее глаза расширились, когда она увидела, что он протянул.
— Мой телефон! — Дани взяла его у него и благодарно улыбнулась. — Спасибо.
Он кивнул с серьезным выражением лица, а затем повернулся и вышел обратно через все еще открытую входную дверь.
— Позвони Николасу, — сразу сказал Мортимер, и когда она заколебалась, подбодрил, — Ты узнаешь, если он знает, где твоя сестра… если он ответит.
Дани открыла телефон, посмотрела список звонков, и нашла номер Николаса. Когда она начала звонить, то задалась вопросом, почему Николас не заблокировал свой номер, тогда его бы не смогли обнаружить, но потом телефон переключился, и она, забыв обо всем, стала ждать его приветствия. Вместо этого она услышала, записанное сообщение.
Дани закрыла глаза, рывком захлопнула телефон с разочарованным вздохом, и сказала:
— Этот номер больше не обслуживается.
Деккер обнял ее и прошептала;
— Мне жаль. Я знаю, как ты рассчитывала на него.
Дани кивнула, но ничего не сказала. Она знала, что Мортимер исчез, позволяя им побыть вдвоем. Вздохнув, она сунула телефон обратно в карман и подняла лицо, чтобы спросить Деккера, что они должны делать дальше, чтобы найти Стефани, когда ее телефон начал вибрировать в кармане.
Глава 18
— Дани?
— Николас? — она ахнула, узнавая его голос с их первого разговора по телефону. Ее глаза метнулись с Деккеру, когда он подошел ближе, а затем к Мортимеру, который вдруг остановился и повернул назад. Оба мужчины выглядели мрачно, и она могла чувствовать напряжение висевшее в воздухе.
— Мне жаль, что я не позвонил раньше, — сказал Николас. — Я знаю, что ты, наверное, волновалась, но я не хотел звонить, пока у меня не будет хороших новостей для тебя.