Мысль вспыхнула, как спичка в темноте: Авария. Слишком страшная. Слишком… *удобная*. Столкновение на пустом месте. Водитель, который, по слухам, даже не пытался свернуть. Как будто ждал удара.
Они устроили это. Чтобы получить нас. Поврежденных, но живых. Доставленных прямо сюда, на блюдечке. Под видом "пострадавших". И теперь… "усиленное лечение"? Для чего?
Холодный интерес сменился чем-то иным. Не страхом. Никогда страхом. Адреналином. Острым, как лезвие бритвы.
Они играют в свою игру. Но теперь в ней появился Я.
Он действовал молниеносно. Натянул поверх больничной пижамы темную толстовку, найденную в шкафу забытых вещей. На ноги – мягкие кроссовки. Стал тенью. Дверь палаты открыл беззвучно, проскользнул в коридор. Знание расписания дежурств было его картой. Он знал, где сейчас медсестра (у постели старика в конце коридора, у него ночью скачет давление), где санитар (скорее всего, дремлет в подсобке). Он двигался не как пациент, а как хищник, используя островки тьмы между редкими ночниками, прижимаясь к стенам.
Зачем им выжившие? – вихрем крутилось в голове, пока он спускался по лестнице для персонала, избегая лифтов.
Мы что-то особенное? Или… я не единственный? Последняя мысль заставила его на мгновение замедлить шаг.
Если есть другие… с аномалиями… Это меняло все. Это могло быть… *интересно*. Или смертельно опасно. Но разве это не одно и то же?
Он вышел на нижний этаж, в зону служебных помещений и складов. Воздух здесь пах хлоркой, сыростью и… лекарственной горечью. Где-то грохотал холодильник. Лиам прислушался. Голоса. Глухие, доносящиеся из-за двери с табличкой «Лаборатория №3. Вход строго по пропускам». Дверь была приоткрыта на щелочку. Желтый свет лился наружу.
Он прижался к холодной стене рядом с дверью, сливаясь с тенями. Сердце билось ровно, мощно. Не от страха. От предвкушения. Он стал слушать.
«…слишком много шума», – говорил хриплый мужской голос. – Полиция копает глубже, чем ожидалось. Надо ускорять процесс. Сегодня ночью берем двоих: девочку с ампутированной ногой и того парня с внутренними кровотечениями. Протокол «Трансфер в специализированный центр». Бумаги готовы?
«Готовы, – ответил другой, более молодой голос. – Но дежурный врач может задать вопросы…»
«Справимся. Главное – изолировать их от родственников до утра. Скажем, экстренная операция, осложнения. К утру они будут за сотни миль отсюда. А к тому времени…» Голос понизился до шепота, но Лиам уловил: «…к тому времени *необходимые процедуры* будут завершены. Они даже не поймут, что потеряли».
Потеряли? – Лиам почувствовал, как по спине пробежали мурашки – не от ужаса, а от ледяного восторга. Что они собираются отнять? Органы? Разум? Или… нечто иное* Его собственный дар пульсировал под кожей, словно отзываясь на близость тайны.
«А третий? – спросил молодой голос. – Рыжий парень? Тот, что без единой царапины? Врачи шепчутся о нем. Говорят, чудо.»
В паузе, что последовала, Лиам *почувствовал* тяжелый взгляд, будто сквозь дверь.
«Он… особый случай, – наконец произнес хриплый голос, и в нем прозвучала тень неуверенности, смешанной с жадностью. – Отчеты странные. Нулевые повреждения при такой аварии? Не бывает. За ним нужно наблюдать. Возможно, он… *ключ*. Или ошибка. В любом случае, завтра, после выписки… за ним проследят. Аккуратно. Если подтвердится аномалия…»
Хриплый голос замолчал. Лиам не дыша ждал продолжения. Ключ? Брак? Аномалия? Слова жгли сознание. Они знали? Подозревали? *Он* был их мишенью? Или… предметом интереса?
Но продолжения не последовало. Вместо этого раздался звук – металлический, скрежещущий. Звук отодвигаемого стула. Шаги. Направляющиеся к двери.
Идут сюда.
Лиам отпрянул от двери, метнув взгляд по коридору. Справа – тупик, освещенный тусклой лампочкой. Слева – длинный коридор, ведущий в темноту, к аварийному выходу. Но бежать – значит выдать себя шумом. Спрятаться? Где? Голые стены, мусорный бак…
Шаги за дверью становились громче. Рука уже легла на ручку с другой стороны.
Секунды. У него были секунды. Его разум, обостренный тренировками и адреналином, просканировал пространство. И нашел единственный вариант. Безумный. Рискованный. Веселый.
Рядом с дверью «Лаборатории №3» стоял высокий, пластиковый контейнер для грязного белья. Крышка была приоткрыта. Внутри – горы запачканных простыней, халатов. Пахло потом, кровью и антисептиком.