– Ладно, – рявкнул старший, принимая решение. – Залезай! Быстро! Проверим совместимость экспресс-тестом по дороге! Если подойдешь – качай! Если нет – не теряем времени! Ты, – он кивнул на водителя-свидетеля, – останься, встречай полицию, расскажи! Парень со мной!
Лиам втиснулся в узкое пространство заднего отсека скорой. Машина дернулась с места, сирена завыла с новой силой. Внутри пахло антисептиком, кровью и холодным потом. Девушка лежала на каталке, пристегнутая ремнями. Лицо под кислородной маской было мертвенно-бледным. Монитор пищал тревожно, рисуя слабые, аритмичные зубцы. Второй фельдшер (его представили как Макса) уже готовил систему для переливания, вскрывая стерильные пакеты.
– Руку, – скомандовал старший фельдшер (Лео), натягивая резиновый жгут выше локтя Лиама. Игла вошла в вену с профессиональной точностью. Темно-алая струйка крови побежала в пробирку для экспресс-теста. Борис капнул реактивами на стеклышко, смешал. Лиам наблюдал, как его собственная кровь ведет себя в пробирке. Обычно? Нет ли видимых аномалий? Пока все выглядело... нормально.
– Черт, – пробормотал Лео, сверяясь с результатом теста и запиской о группе крови девушки. – Ты В отрицательный. Подходишь. Повезло ей... и тебе. Макс, готовь систему! Качай!
Еще одна игла – теперь уже подключенная к системе переливания – вошла в вену девушки. Темная, почти черная в тусклом свете салона кровь Лиама потекла по прозрачной трубке. Он следил за ней завороженно. Моя кровь. Моя сила. Входит в нее. Что она сделает? Убьет? Исцелит? Превратит? Его собственный «Феникс» внутри отозвался легким, странным теплом, как будто почувствовал родственную субстанцию, но в чужом сосуде.
Первые минуты ничего не происходило. Монитор продолжал пищать тревожно. Давление у девушки было катастрофически низким. Макс делал искусственное дыхание мешком Амбу, его лицо было сосредоточенным, покрытым испариной. Лео вводил какие-то препараты в другую вену, бормоча под нос медицинские термины.
Лиам сидел неподвижно, ощущая легкую слабость – не от потери крови (он терял ее слишком медленно, чтобы это ощутить всерьез), а от нервного напряжения экспериментатора. Его взгляд не отрывался от лица девушки. От раны на виске. От той страшной ноги.
И вдруг... что-то изменилось. Сначала почти незаметно. Писк монитора... стал чуть громче? Нет, не громче. Увереннее. Ритм, хоть и частый, перестал быть таким рваным. Лео взглянул на экран, брови поползли вверх.
– Давление... стабилизируется? – пробормотал он невероятно. – Сто на шестьдесят... Сто десять на семьдесят... Как?! Препараты только начали действовать...
Лиам почувствовал, как его сердце забилось чаще. Не от радости. От предвкушения.
Работает?
Он пристальнее вгляделся в рану на виске девушки. Кровотечение... оно не просто остановилось. Края рваной раны, казалось, стягивались. Не с невероятной скоростью, как у него, но заметно быстрее, чем должно было быть. Кровь на коже темнела, превращаясь в корочку прямо на глазах. А та ужасная нога... Мышечный спазм вокруг перелома ослаб? Или ему показалось?
– Смотри! – ахнул Макс, указывая на ногу.
То, что было невозможно. Тонкая, розовая пленка новой кожи начала стремительно натягиваться по краям открытой раны, прикрывая кость. Не полностью, но процесс был виден. Скорость – не человеческая. Чудовищная.
Борис замер, уставившись на ногу, потом на монитор, потом на Лиама. В его глазах читался чистейший медицинский шок, смешанный с суеверным ужасом. Эта кровь... что в ней?
– Что... что это? – прошептал он, глядя на Лиам. – Ты... что ты?
Лиам не ответил. Его весь захлестнул восторг первооткрывателя.
Оно работает! Передается! Моя сила может исцелять других!
Потенциал... он был ошеломляющим. Контроль над жизнью и смертью. Не только своей. Возможность создавать... союзников? Рабов? Бессмертных солдат? Мысли неслись вихрем.
Монитор пищал ровно, сильно. Давление было почти нормальным. Цвет лица девушки из мертвенно-белого стал просто бледным. Ее грудь поднималась и опускалась ровно под мешком Амбу, без хрипов. Регенерация на ноге продолжалась с пугающей скоростью – кость, казалось, начала смещаться, пытаясь встать на место, мышцы и кожа сшивались невидимыми нитями.
Лео осторожно снял кислородную маску. Губы девушки были розовыми. Она слабо застонала.
– Она... она приходит в себя? – Макс вытаращил глаза. – Это... невозможно! Минуту назад она была практически трупом!