Он потушил лампочку. Подвал погрузился в абсолютную тьму, нарушаемую только хриплым дыханием пленного и их собственными шагами, направляющимися к лестнице, к холодному воздуху ночи, к новой главе охоты, где они больше не были жертвами. Они были охотниками. И их план, хоть и сшитый на живую нитку, был первым выстрелом.
Глава 16: Громкий плач
Воздух над городом был тяжелым, пропитанным запахом асфальта, выхлопных газов и грядущего дождя, который так и не решался пролиться. Тени, отбрасываемые уличными фонарями, казались особенно густыми, маслянистыми, готовыми схватить за лодыжку. Лиам, Скай и Грог двигались по задворкам промышленной зоны, где царила мертвая тишина, нарушаемая лишь далеким гулом магистрали и скрежетом ржавого металла под порывами ветра. Цель – старая диспетчерская канализационной сети, уродливое бетонное здание с выбитыми окнами, похожее на гниющую коробку, притулившуюся у заросшего бурьяном забора. Запах здесь был особенным – смесь затхлой воды, плесени и чего-то химически-кислого, въедающегося в ноздри.
Финн растворился в ночи тря часа назад, его ядовито-зеленые волосы последний раз мелькнули за углом здания склада на 12-й пристани – Приманка А ушла на задание. Теперь очередь Основной Группы.
Грог, несмотря на перевязанный бок и прихрамывающую ногу, казался незыблемой скалой. Его массивная тень накрывала Лиама и Скай, когда он шел впереди, снося плечом запертую, но прогнившую калитку в заборе с глухим треском. Звук гулко отдался в тишине, заставив Скай вздрогнуть.
– Тише, дубина! – прошипела она, оглядываясь. Ее синие волосы сливались с тенями, но огромные бирюзовые глаза сверкали в темноте, как у ночной кошки. – Хочешь, чтобы нас тут с порога встретили?
Грог хрипло буркнул что-то невнятное, но не извиняясь. Он просто ждал, пока они пройдут.
Диспетчерская внутри была царством разрушения и запустения. Пол усыпан битым стеклом, штукатуркой и обрывками каких-то бумаг. Пустые стеллажи, опрокинутые столы, развороченный пульт управления с торчащими проводами, похожими на кишки. Пахло крысиным пометом и сыростью. Скай, прижав палец к губам, скользнула вперед с невероятной грацией, обходя груды мусора без единого звука. Ее черный комбинезон сливался с тенями.
– Карты, карты… – прошептала она себе под нос, ее глаза метались по стенам, шкафам. – Где же вы, сволочи…
Лиам стоял у входа, его рецепторы работали на полную мощность. Он не видел угрозы здесь, сейчас. Только пыль, гниль и отчаяние этого места. Его взгляд скользнул по Грогу, замершему в дверном проеме, как живой бастион. Гигант кряхтел, прижимая ладонь к перевязи на боку, но его единственный глаз блуждал по темноте за пределами здания, готовый к угрозе снаружи.
– Здесь! – Скай присела у разбитого шкафа в дальнем углу. Она вытащила из-под обломков фанеры большой, заляпанный грязью ватман. – Схема! Старая, черт побери, но… вот! Канализационные тоннели под районом! Видишь? – Она ткнула пальцем в запутанную сеть линий. – Вот заброшенный участок, помечен. Там и надо искать.
Лиам подошел, бегло изучил схему. Мозг мгновенно зафиксировал ключевые точки, возможные пути. Заброшенный участок был обширным, лабиринтом. Но была и точка входа – технический люк в полукилометре отсюда, в тупике заросшего переулка, помеченный на схеме ржавым гвоздем, вбитым прямо в бумагу.
– Идем, – сказал он просто. Время текло как густая смола.
Путь до люка был коротким, но напряженным. Каждый шорох в кустах, каждый скрип ржавого листа железа заставлял Скай вздрагивать, а Грога поворачивать свою массивную голову с низким рычанием. Лиам шел впереди, его чувства были растянуты, как струны, сканируя округу. Он чувствовал город вокруг – его спящую, гниющую плоть, его скрытые язвы. И где-то там, в этой плоти, искал их «Атлас».
Люк был именно там, где указал гвоздь. Заваленный мусором, заросший бурьяном, он почти сливался с асфальтом. Металлический круг, покрытый толстым слоем ржавчины и грязи. Грог, не дожидаясь команд, уперся своими лопатообразными ладонями в крышку. Мышцы на его руках и спине вздулись, как канаты под рваной тканью. Раздался душераздирающий скрежет ржавого металла, и люк поддался, откинувшись с глухим стуком. Черная, зияющая пасть. Запах ударил в нос – уже не просто сырость, а густая, теплая вонь разложения, стоячей воды и чего-то невыразимо древнего и склизкого.
Скай сморщила нос.
– Охренеть… Райское местечко.
– Грог, – Лиам кивнул на люк, потом на темный переулок. – Ты – здесь. Стоишь. Никого не подпускаешь. Шуми, если что. Очень громко.