– Заткнись, идиот! – огрызнулась Скай, но без злобы. Она уже оказывал первую помощь. – Держи плечо! Или хочешь истечь как поросенок?
Финн махнул здоровой рукой, отстраняя ее.
– Потом. Сейчас… нет времени. – Он перевел взгляд на Лиама, его глаза стали серьезными, острыми. – На пристани… ловушка. Классическая засада. Полдюжины стрелков в укрытиях, пара снайперов на крышах… и… – он сглотнул, – ...один из них. «Клавиша». Не знаю какая. Мужчина. Быстрый. Очень. Чуть не поймал меня, гад. Его выстрел… первым попал. Потом уже орда подвалила. – Он кивнул на пистолет. – Утащил у одного. Информацию… получил. Мельком. Рация у них трещала. Упоминание «Форджа» … и координаты смены. Через три часа. На свалке за ТЭЦ. Возможно, ротация, возможно… что-то везут. Но сейчас… – Он напрягся, прислушиваясь к звукам сверху. – Они знают, где мы. И люк… они его теперь не просто закроют. Закопают или взорвут. Искать другой выход. Быстро.
Наверху послышались шаги. Много шагов. Голоса:
– ...внизу! Люк закрыт ящиком, но они там!
– Проверить периметр! Ищите другие входы!
– Огневая у люка! На случай, если полезут!
Рейман снова громко всхлипнул-сопел, прижимая тетрадку к груди. Его серые глаза метались от изуродованного плеча Финна к кровавым порезам Грога, к серьезным лицам Лиама и Скай. Он снова заскрипел карандашом по бумаге, потом показал написанное Лиаму.
«Я ЗНАЮ ДРУГОЙ ВЫХОД. ДАЛЕКО. ОПАСНО. ТАМ… ТАМ ЖИВЕТ ТО, ЧТО ПАХНЕТ.»
Финн усмехнулся, скривившись от боли.
– Отлично. «Там живет то, что пахнет». Именно то, что нужно после такого вечера. – Он попытался встать, опираясь на стену. – Веди, малыш. Только… потише со своими соплями, а? А то «пахнущий» обидится и не пустит.
Лиам посмотрел на Реймана, потом на туннель, уходящий в непроглядную тьму. Голод внутри него – голод познания, голод движения, голод испытания – заурчал одобрительно. Новый путь. Новые опасности. Новые данные. И этот мальчик с разрушительным криком и дрожащими руками… еще одна переменная в уравнении.
– Веди, – сказал Лиам Рейману. Его голос был спокоен, как поверхность глубокого омута перед бурей. Он подошел к Грогу, взял его под локоть, помогая подняться. Гигант застонал, но встал, опираясь на Лиама. – Финн, держись. Скай, прикрой тыл. Рейман… вперед. Тихо.
Мальчик кивнул, его испуганные глаза на миг встретились с ледяными глазами Лиама. В них мелькнуло что-то – не надежда, но, возможно, крошечная искра доверия. Он повернулся и шагнул в темноту туннеля, его маленькая фигура растворялась в мраке. За ним потянулись остальные – хромающий Грог, опирающийся на Лиама; бледный, истекающий кровью, но все еще усмехающийся Финн; напряженная Скай с пикой наготове. И Лиам. Неуязвимый молот. Тьма сомкнулась за ними, поглощая звук шагов и громкое, тревожное сопение маленького Рея.
Глава 17: То, Что Пахнет – Психологический Горизонт
Воздух в туннеле, и без того отравленный, начал меняться. Сначала это было едва уловимо – легкое сладковато-гнилостное облачко, затесавшееся в общую вонь стоячей воды и разложения. Рейман шел впереди, его маленькая фигурка растворялась в полумраке, лишь плечи подрагивали в такт его громким, влажным сопениям. Лиам вел Грога, чье массивное тело тяжело оседало на каждую ногу, а Финн, опираясь на Скай, ковылял сзади, его прерывистое дыхание смешивалось с проклятиями, которые он шептал сквозь стиснутые зубы. Кровь с его плеча сочилась сквозь пальцы Скай, черная и липкая в свете фонаря.
Потом сладость усилилась. Стала густой. Навязчивой. Как запах перезрелых, лопнувших фруктов в мусорном ведре под палящим солнцем. Лиам почувствовал легкое головокружение, будто пару глотков дешевого вина на пустой желудок. Он нахмурился, прислушиваясь к своему телу. "Феникс" под кожей загудел чуть громче, словно мотор, почуявший примесь в топливе. Не тревога, но… настороженность.
– Что за вонь? – прошипела Скай, сморщив нос. – Тут что, бомжи сдохли? Или… – Она не договорила, лишь крепче вцепилась в Финна, когда он пошатнулся.
Финн застонал, но не от физической боли.
– Голова… – пробормотал он. – Как после удара. Звенит… все звенит.
Лиам посмотрел на Реймана. Мальчик шел, пошатываясь, его сопения внезапно показались Лиаму невероятно громкими. Не влажные всхлипы, а оглушительный, рокочущий рев, как от двигателя гигантского грузовика, заведенного в этой узкой каменной трубе. Капли воды, падающие где-то вдалеке, перестали булькать. Они превратились в тяжелые, мерные шаги. Тук. Тук. Тук. Как сапоги по бетону. Много сапог. Приближающихся.