– Болотник, – представился он, как будто это было имя короля. Его голос был сиплым, с хрипотцой, но в нем звучала какая-то липкая, нездоровая веселость. – Рад видеть тебя в сознании, Проспект. Или Финн? Как тебе удобнее? Хотя… – он подошел ближе, его сапоги гулко стучали по бетону. – …скоро это будет не так важно.
Финн заставил себя поднять голову, смотря в эти блестящие крысиные глазки. Страх? Да, он был. Ледяной, скребущий изнутри. Но его старый друг – сарказм – проснулся быстрее паники. Щит. Последний щит.
– Болотник? – Финн попытался улыбнуться, но получился лишь оскал боли. Голос хрипел. – Оригинально. Прям из сказки. А где твои кикиморы? Или они сейчас принесут мне чаю с болотными мухами? Очень хочется пить, знаешь ли.
Болотник рассмеялся. Звук был похож на треск сухих веток. Неприятный.
– Ха! Остроумец! Люблю таких. Живее игра. – Он поставил кейс на грязный верстак рядом, с явным благоговением. Открыл его. Внутри, в ложементах из серой пены, лежали шприцы. Несколько штук. Разного размера. И стеклянные ампулы с прозрачной жидкостью. Никаких опознавательных знаков. Только цифры, нацарапанные от руки. – Чай будет позже. Сначала… предоплата. За информацию. И за удовольствие.
Он взял скальпель и шприц побольше. Наполнил его из ампулы. Жидкость была абсолютно прозрачной.
– Предоплата? – Финн напрягся, его предвидение, обычно такое четкое, сейчас было затуманено болью и адреналином. Оно рисовало лишь обрывки: блеск стали, укол, жгучую боль… – Кому? За что?
– Атласу, милок, – Болотник подошел вплотную. Запах от него ударил в нос – пот, дешевый табак и тот самый химический сладковатый дух. – Они щедро платят за свежие данные. Особенно о таких… редких, как ты. Выживших. Мутировавших. – Его блестящие глазки скользнули по перевязке на плече Финна, по засохшей крови на его лице. – А удовольствие… это мне. Я любознательный. И у меня… – он ткнул скальпелем в воздух, – …новые игрушки. От бывших коллег. Очень занятных.
Бывшие коллеги? Атлас? Мысль пронеслась, как молния. КАК?! Откуда у этих болотных тварей доступ к технологиям Атласа? ЗАЧЕМ?! Продают подопытных обратно? Или… по частям? Данные? КОГДА?! Когда они успели наладить контакт? Когда он, Финн, лежал без сознания?
– Коллеги? – Финн выдавил насмешливый тон, хотя внутри все сжалось. – Серьезно? Атлас сбрасывает брак своим бывшим лаборантам на помойку? Экономия на утилизации? Жлобство, однако.
Болотник снова захихикал.
– О, ты забавный! Нет. Не сбрасывает. Покупает. Данные. Физиологические реакции. Пределы прочности. Эффективность… коррекции. – Он поднял шприц, выдавил каплю жидкости. Она повисла на кончике иглы, как слеза. – Они там, наверху, в своих стерильных коробках, много чего придумывают. Но тестировать на дорогих образцах… рискованно. Вот и обращаются к нам. К независимым исследователям. Мы предоставляем… полигон. И подопытный материал. Как ты. – Его улыбка стала шире, зубы казались еще желтее. – А заодно и развлекаемся. Два в одном.
Он ткнул скальпелем. Быстро. Точно. Не глубоко, но достаточно. В мышцу левого предплечья Финна, чуть ниже локтя. Боль была острой, чистой. Финн вскрикнул, дернулся, но канаты держали. Кровь выступила тонкой струйкой.
– Реакция на боль. Базовая. Записываем, – пробормотал Болотник, наблюдая, как кровь растекается по коже. Потом он поднес шприц. Игла блеснула под лампочкой. – А теперь… реакция на стимулятор. Новейшая разработка. Говорят, творит чудеса. Посмотрим.
Игла вошла в то же место, рядом с разрезом. Финн закусил губу, подавляя новый стон. Холодок распространился по вене. Потом… ничего. На секунду. А потом мир взорвался.
Это была не боль. Это было искажение. Его мышцы свело судорогой, так сильно, что кости затрещали. Сухожилия натянулись, как струны. Глаза закатились, рот открылся в беззвучном крике. По телу прокатилась волна невыносимого жара, сменившегося леденящим холодом. Его предвидение, обычно четкий инструмент, превратилось в калейдоскоп безумных, пугающих образов: окровавленные скальпели, блестящие зубы Болотника, лица Скай и Реймана, искаженные ужасом, лампочка, раскалывающаяся на миллион осколков. КАК?! Что это за гадость?! ЗАЧЕМ?! Что они хотят узнать?! КОГДА?! Когда это кончится?!