Трисси погрузилась в молчание на пару долгих секунд, после чего, слегка прикусив губу, произнесла:
— А если мне позарез потребуется подмога, как связаться с тобой?
«А вот это уже задачка…» — Клейна так и подмывало велеть ей напрямую призывать госпожу посланницу Рейнетт Тинекер. Как-никак, стоило Трисси лишь навести справки о последних похождениях «Адмирала Крови», как она в два счета смекнула бы, что за спиной этого «Мстительного духа» маячит фигура Германа Воробья. Утаить шило в мешке всё равно бы не вышло.
Поразмыслив пару секунд, сыщик всё же предпочел не пороть горячку. Он резонно рассудил: когда Ведьма докопается до истины сама, тогда и можно будет сменить каналы связи — время еще терпит.
«Будем откровенны, доверять ей — себе дороже… Да, вполне вероятно, что ею движет искренняя скорбь по принцу Эдсаку, но я готов биться об заклад, что там затесалось и кое-что еще. Например, жгучая жажда отомстить за саму себя…» — Клейн заставил Сеньора обвести канализацию тяжелым взглядом и проронить:
— Здешние стоки таят в себе бездну секретов, и я частенько наведываюсь сюда. Будет нужда — черкни послание прямо на стенах, я прочту.
— А если дело запахнет керосином и времени в обрез — выходи на того типа, что приходил до меня. Пусть он оставит весточку здесь.
Трисси ответила медленным, тяжелым кивком:
— Добро.
Смекнув, что беседа подошла к своему логическому финалу, Клейн уже изготовился увести марионетку Сеньора прочь.
Как вдруг его «взор» вскользь скользнул по рукам Трисси. И тут сыщика словно током прошибло: тот самый сапфировый перстень, чья мощь была сопоставима с запечатанными артефактами нулевого класса, бесследно исчез!
«Я ведь еще раньше подметил это, но грешным делом решил, что она просто нацепила его на другую руку или палец. А его и впрямь нет… Выходит, чтобы вырваться из поместья Красной Розы принца Эдсака и стряхнуть с себя поводок Инса Зангвилла вкупе с его „0–08“, ей пришлось заплатить поистине чудовищную цену! Неужто и то самое клеймо, что выжгла на ней „Изначальная Демонесса“, тоже кануло в Лету?» — поразмыслив, Клейн заставил «Адмирала Крови» Сеньора усмехнуться и бросить:
— И еще кое-что.
— Какому еретическому божеству ты заложила свою душу?
Трисси смерила стоящего перед ней мужчину средних лет долгим, пронзительным взглядом и отчеканила:
— Изначальной Демонессе.
«…Разве ты не спала и видела, как бы сбросить с себя эту гротескную, противоестественную природу? Разве не вопила, что до смерти боишься потерять свое истинное „я“? Так какого дьявола ты поперла обратно в то же болото? Тебе что, невдомек, что нарекая тебя „Трисси Чик“, эти ведьмы лепили из тебя идеальный сосуд для „Изначальной Демонессы“⁈ Хотя нет, она же и впрямь ни сном ни духом. Для нее имя „Чик“ — пустой звук… Надорвать все жилы, пытаясь вырваться из тисков рока, лишь для того, чтобы еще глубже, намертво увязнуть в его сетях…» — в это самое мгновение душу Клейна затопил необъяснимый, леденящий кровь ужас перед фатумом и божествами.
Титаническим усилием воли он выдавил из Сеньора кривую усмешку:
— Разве можно поверить словам, слетевшим с губ с такой пугающей легкостью?
Взгляд Трисси слегка затуманился, и она отозвалась с горькой, надрывной самоиронией:
— Исключительно потому, что для меня это проклятие, а не тайна за семью печатями.
— Чем больше людей в курсе, тем выше шансы вырвать с корнем эту проблему. И пусть надежда призрачна, как утренний туман, это всяко лучше, чем покорно ждать конца.
«Боюсь, вместе с корнем они вырвут и тебя саму…» — благоразумно оставив эти мысли при себе, Клейн немного помолчал и произнес:
— Когда подберешься к виконту Стратфорду и начнешь вынюхивать вокруг тех ублюдков, что прячутся в тени, держи ухо востро. Следи, не слишком ли часто судьба подкидывает тебе подозрительные случайности.
Чем глубже копаешь под Великий баклундский смог, тем выше шансы угодить на радары Инса Зангвилла вкупе с его проклятым «0–08»!
— Случайности… — Трисси на миг опешила, эхом повторив это слово.
Память тут же услужливо подкинула ей череду тех самых абсурдных совпадений, что преследовали её в поместье Красной Розы.
Вынырнув из омута тяжелых раздумий, она резко вскинула голову, однако напротив уже никого не было. «Адмирал Крови» Сеньор, облаченный в свой темно-красный камзол и потертую треуголку, бесследно испарился.
…………
На следующее утро Клейн поднялся ровно в назначенный час. При поддержке своего личного камердинера Ричардсона он неспешно облачился в безупречный сюртук.
Едва переступив порог обеденной залы, он заприметил Вальтера, застывшего у самых дверей в почтительном ожидании.