«Минувшей ночью волшебное зеркало Арродес так и не вторглось в мои сны. Это доказывает, что без недавнего прямого контакта эта стекляшка не способна почуять мое возвращение в Баклунд. Что ж, превосходно. Этим вечером вызову его по беспроводному телеграфу и выпытаю всё, что касается того злого духа, а уж потом можно будет обойтись и без таких сложностей…» — мысленно пробормотав это, Клейн подхватил трость и неспешно покинул стены гостиницы.
На улице умытые дождем лучи солнца уже пробивались сквозь поредевшую пелену тумана, невольно поднимая настроение прохожим. Наняв экипаж, сыщик велел гнать прямиком в район Джовуд, к дому номер девять по улице Канаровелл — прямо в контору Ассоциации помощи домашней прислуге «Метрополис». Юноша вознамерился нанять там опытного дворецкого, дабы тот уже сам сколотил штат слуг, подобающий для роскошной загородной виллы.
Тем временем в самом здании Ассоциации девушка-клерк по имени Белин только-только отделалась от назойливого сослуживца и теперь, опустив голову, тщетно пыталась оттереть пару капель черного чая, некстати капнувших на ее бледно-зеленое длинное платье.
И в этот самый миг до ее слуха донесся бархатный, глубокий мужской баритон, в котором неуловимо сквозила тяжелая жизненная мудрость:
— Доброе утро, мисс.
Белин торопливо вскинула голову. По ту сторону стойки возвышался статный джентльмен лет сорока. Изысканный шелковый фрак, зажатая в руке инкрустированная золотом трость, а от третьей пуговицы жилета к внутреннему карману тянулась изящная золотая цепочка карманных часов.
Его бездонные лазурные глаза и выразительные, благородные черты лица приковывали взгляд. Даже легкая, серебристая проседь на висках лишь добавляла его облику неповторимый, зрелый шарм. Стоило этому незнакомцу лишь едва заметно улыбнуться, как Белин почувствовала, что ее щеки предательски заливает густой румянец.
— Сэр, ч-чем могу вам служить? Ох, простите, как мне к вам обращаться? — суетливо подскочив с места, заикаясь выпалила она.
— Дуэйн Дантес, — с мягкой, обезоруживающей улыбкой отозвался Клейн. — Я бы хотел нанять дворецкого. Истинного профессионала своего дела.
— Мистер Дантес, прошу, обождите минутку. Присаживайтесь, — Белин, в легкой панике выскочив из-за стойки, проводила гостя в зону ожидания и изящным жестом указала на мягкий тканевый диван.
Клейн, сохранив на губах легкую полуулыбку, не стал ни торопить девушку, ни сотрясать воздух лишними словами. Проявив безупречную выдержку, он опустился на обивку, дожидаясь, пока ему предоставят списки кандидатов.
«Сколько благородства в манерах… Ах, дьявол, я же напрочь запамятовала спросить о его предпочтениях!» — мысленно ахнула Белин. Приложив ладонь к всё еще пылающей щеке, она виновато произнесла:
— Мистер Дантес, простите, а какими именно качествами должен обладать ваш будущий дворецкий?
Клейн, загодя продумавший этот вопрос, ответил всё тем же глубоким, бархатным тоном:
— В идеале — выходец из знатного, аристократического дома.
Подобный кадр стал бы отличным подспорьем для Дуэйна Дантеса в налаживании светских связей.
К Белин мало-помалу вернулась былая профессиональная хватка, и она принялась обстоятельно разъяснять:
— Боюсь, подобные специалисты — товар штучный. Сами понимаете, благородные семейства крайне неохотно расстаются с вышколенными слугами. Разве что здоровье подведет и они больше не смогут нести вахту. Но даже тогда им частенько подыскивают теплое местечко в том же самом поместье.
— К тому же, завидные толстосумы буквально охотятся за такими дворецкими, не скупясь на баснословные оклады. Мистер Дантес, в нашей базе действительно имеются кандидаты подобного профиля, однако их жалованье стартует от ста полновесных фунтов в год.
«То бишь почти по два фунта в неделю… Заурядный мажордом гребет от сорока до восьмидесяти в год, то есть от пятнадцати сулей до полутора фунтов в неделю. С виду это ничуть не больше, чем жалованье квалифицированного работяги, вот только хозяин берет на себя и кров, и харчи, и униформу, да еще и дровами для камина снабжает… Управляющему и тратиться-то не на что… Сотня фунтов в год — это же форменный грабеж…» — пока Клейн лихорадочно подбивал в уме этот разорительный бюджет, внешне он сохранил абсолютную, показную беспечность толстосума:
— Цена не имеет значения. Главное — чтобы человек знал свое дело.
Глава 738
Будни богача
— В таком случае прошу немного обождать. Вы предпочитаете кофе или черный чай? — с неподдельным радушием поинтересовалась Белин.