Такого дерзкого хода он от мисс «Справедливости» совершенно не ожидал. В конце концов, их пути пересеклись лишь однажды, на том самом благотворительном балу, и никаких совместных дел в обозримом будущем не предвиделось. Рыть под него землю не было ни малейшего резона!
«Неужто я всё-таки где-то прокололся и привлек ее внимание? А может, всё дело в том баснословном пожертвовании в десять тысяч фунтов от графа Холла? Он ясно дал понять, что питает к этому предприятию нешуточный интерес, вот Одри, пекущаяся о безопасности отца, и решила устроить мне негласную проверку?» — Клейн лихорадочно сопоставлял факты, выкраивая спасительные секунды на разработку ответного маневра.
Выдержав паузу и бросив красноречивый взгляд на мисс «Фокусника», Одри произнесла:
— Гонорар за первичный сбор сведений составит пятьсот фунтов. Если же в ходе расследования всплывут непредвиденные угрозы и уровень риска возрастет, я обязуюсь выплатить щедрую надбавку.
«Да без проблем!» — мысленно возликовала «Фокусник» Форс, лихорадочно выстраивая в уме подходящую фразу, чтобы застолбить этот заказ.
Но в ту самую секунду, когда девушка уже приоткрыла рот, она с изумлением узрела, как «Мир» Герман Воробей небрежно, но властно приподнял руку.
Приподнял руку.
Глава 868
Общая личина
Э-э… Форс на секунду опешила, едва не усомнившись в собственном зрении.
Следом в ее голове, словно из рога изобилия, бесконтрольно посыпались мысли:
'Господин «Мир» жаждет взяться за это поручение? Впрочем, вполне логично, ведь он как раз обосновался в Баклунде.
Вот только это же расследование, а не заказное убийство! Дуэйн Дантес и без того хлебнул лиха сполна, оставил бы он бедолагу в покое!
Или же в его понимании стереть мишень с лица земли равносильно успешному расследованию? Как-никак, изучать-то больше некого…
И как теперь быть? Стоит ли мне вообще соваться в это дело? Баснословные пять сотен фунтов! Мне ведь достаточно просто вывалить всё то, что я уже разнюхала, и свои двести монет я сорву играючи. Но переходить дорогу самому господину «Миру»… А что, если это вовсе не конкуренция, а предложение о сотрудничестве?
Погодите-ка, с какой вообще стати господин «Мир» положил глаз на такое заурядное поручение? Неужто его истинной целью является та самая грязная подстава барона Синдраса или покушение на парламентария Махта?'
И пока Форс отчаянно силилась докопаться до подлинной сути проблемы, «Повешенный» Элджер и «Отшельник» Катлея уже вовсю сверлили взглядами «Мира», Германа Воробья. В их глазах ни скандал с бароном Синдрасом, ни покушение на парламентария Махта, ни даже баснословное пожертвование в десятки тысяч фунтов от толстосума Дуэйна Дантеса изначально не заслуживали ни малейшего внимания. Вот только тот факт, что за расследование по собственной инициативе взялся благословенный самого господина Шута, в корне менял картину. Ситуация мгновенно приобрела пугающую многослойность, недвусмысленно намекая на то, что за всем этим фасадом таится некий поистине грандиозный, эпохальный секрет.
«Луна» Эмлин в столь глубокие дебри не лез, однако и он спинным мозгом почуял: это с виду пустяковое дельце явно попахивает керосином. Изначально вампир спал и видел, как бы подзаработать немного карманных денег, дабы хоть как-то залатать зияющую дыру в своем бюджете, лишившемся пяти тысяч наличными. Теперь же желание раскрывать рот испарилось без следа.
«Неужто Дуэйн Дантес и впрямь настолько непрост и таит в себе столь колоссальную угрозу, что господин Мир лично вызвался взять его в разработку? Или же те два резонансных дела скрывают куда более глубокое, фатальное дно, нежели мне казалось?» — сердце «Справедливости» Одри тревожно екнуло. Едва уловимо скользнув взглядом, девушка виртуозно воспользовалась своим удачным положением за столом, намертво впечатав в память реакции всех до единого резидентов Клуба Таро.
Среди всех присутствующих лишь один малыш «Солнце» Деррик так и остался в полном неведении, совершенно не улавливая накала страстей.
В его наивной картине мира взаимовыручка между соратниками по ложе была делом абсолютно естественным. Кто-то просит о помощи, а тот, кому по зубам эта ноша, берется за дело — разве не так всё и должно работать?
Тем временем взор «Справедливости» Одри плавно вернулся к противоположному, нижнему краю изъеденного патиной бронзового стола, и она с затаенным предвкушением спросила:
— Господин Мир, вы желаете взяться за это поручение?