«Стало быть, именно эти следы господин „Мир“ и велел мне здесь разыскать… Выходит, он идет по пятам этой глубоко законспирированной „Розы Искупления“?» — беззвучно пробормотал себе под нос Элджер, медленно вскинув правую руку.
Первым порывом моряка было стереть это еретическое полотно в порошок прямо на месте. Однако, поразмыслив пару секунд, он благоразумно опустил ладонь. Обогнув руины портовой телеграфной станции, он с абсолютно невозмутимым видом, словно ровным счетом ничего не нашел, зашагал в другую сторону.
Глава 938
Росчерк пера
Над бескрайней серой мглой, в недрах монументального, древнего дворца.
«Там обнаружилась искаженная фреска с ликом „Повелителя Бурь“… С высочайшей долей вероятности это наследие „Розы Искупления“… Хм, а ведь „Красный Ангел“ Медичи как раз стоял у истоков этой ложи…» — Клейн, восседая в принадлежащем «Шуту» кресле с высокой спинкой, безмолвно созерцал темно-красную звезду «Повешенного».
Опираясь на этот доклад, сыщик мог почти железобетонно утверждать: в тело Инса Зангвилла угнездился именно тот самый злой дух «Красного Ангела»!
В первозданной, вековой тишине владыка застыл во главе изъеденного патиной длинного стола, уподобившись недвижимому изваянию истинного божества.
Одному богу известно, сколько прошло времени, прежде чем он едва заметно кивнул и медленно, с шумом выдохнул.
Силуэт юноши растаял без следа. Низвергнувшись обратно в реальный мир, он вновь погрузился в глубокий сон, напрочь выбросив из головы любые стратегические планы и хитросплетения, связанные с ненавистным врагом.
Проспав до самого рассвета, Клейн сбросил одеяло. Повинуясь въевшейся за последние дни рутине, он босиком прошлепал к окну и резким движением отдернул плотные портьеры.
На залитой утренним светом улице перед гостиницей мелькнула знакомая фигура. Даниц, вырядившийся типичным туземцем Западного Балама, но при этом накинувший поверх дорожный плащ, поспешно прятал за пазуху железисто-черную перчатку. Корсар целеустремленно чеканил шаг в сторону раскинувшейся по правую руку площади. Из его вечернего доклада сыщик уже знал: сегодня пирату предстояло навести мосты с местными заправилами и прощупать их аппетиты касательно оружейной контрабанды.
Андерсон увязываться за ним не стал. Нарочито взъерошив свою аккуратную золотистую шевелюру, охотник за сокровищами вальяжно, вразвалочку добрел до края площади и облюбовал местечко поудобнее. Натянув на обтянутую черной кожей левую кисть комичную тряпичную куклу, он принялся разыгрывать перед снующими зеваками кукольный спектакль.
Человек и «кукла» виртуозно перекидывались репликами, жонглируя совершенно разными голосами и сыпля искрометными, язвительными остротами. Этот импровизированный театр одного актера мигом привлек к себе внимание публики.
Загвоздка крылась лишь в одном: представление шло на чистейшем интисском, а не на местном дутанском наречии. Зеваки, поглазев на непонятную диковину пару минут, быстро теряли интерес и разбредались по своим делам.
Клейн неотрывно созерцал Сильнейшего Охотника Туманного моря. Лицо юноши оставалось непроницаемой ледяной маской, а в глазах не мелькнуло и тени задумчивости.
…………
Восточный Балам. Временный штаб отряда «Красных перчаток» под командованием Соэста.
В кабинет стремительным шагом ворвалась Синди, чьи длинные бордовые волосы слегка растрепались. Сжимая в руке пачку телеграмм, она с бьющим через край воодушевлением возвестила:
— Мы нащупали свежие зацепки!
— Выкладывай, — Соэст со стуком опустил на стол чашку из белого фарфора. Леонард, Дейли и остальные оперативники как по команде устремили взоры на вошедшую.
Сноровисто передавая депеши капитану, Синди пустилась в разъяснения:
— Великий император Рассел не зря говаривал: «Всякий, кто прошел, неминуемо оставит след». Эта мудрость бьет точно в яблочко! Ищейкам удалось опросить целую вереницу свидетелей, воочию лицезревших Инса Зангвилла в разных уголках. Из этих крох вырисовывается кристально ясный маршрут.
— Если препарировать его передвижения, вылезает вопиющая странность: его мотивы кажутся сотканными из диких противоречий. Ублюдок то и дело жмется к колониальным островам Интиса, бросает там якорь на считанные часы, а затем пулей рвет когти подальше. Потом снова возвращается, и снова дает деру… Это всё напоминает… напоминает…