Однако тот подслушанный разговор заставил его былую решимость дать трещину.
«Уволь я Ричардсона прямо сейчас, и этот бедолага, отчаянно жаждущий тихой гавани, будет моими же руками сброшен в бездну, где ему не останется ничего иного, кроме как связаться с этой шайкой фанатиков… Какая досада, что на личине Дуэйна Дантеса висит критически важная миссия. Будь я свободен, вытащить парня из этой трясины не составило бы ни малейшего труда…» — с тяжелым вздохом констатировал про себя Клейн.
Спустя добрый десяток секунд распластавшийся у порога лазутчик вдруг резко вскочил на ноги. Размяв затекшую шею, он проворно юркнул в густую тень поблизости. И как раз вовремя: разбуженный звонком мажордом Вальтер, наскоро накинув одежду, в этот самый миг вышел из парадных дверей особняка.
Глава 762
Общество возрождения
Подойдя к воротам, Вальтер в свете газовых фонарей выглянул сквозь прутья чугунной ограды, но не обнаружил снаружи ни единой живой души. Улица утопала в звенящей тишине.
На мгновение мажордом даже засомневался, не почудился ли ему этот звонок. Быть может, никакого звука и вовсе не было?
Взяв себя в руки, он быстрым шагом направился к людской, приютившейся позади особняка. Разбудив нескольких слуг и вооружив их двуствольными ружьями, Вальтер велел им патрулировать периметр главного дома, дабы пресечь любые попытки проникновения воров или грабителей.
Вызывать полицию он благоразумно не стал: в конце концов, ничего криминального пока не стряслось. Вполне вероятно, что дверной колокольчик дернул какой-нибудь подвыпивший бродяга ради дурной шутки.
Тем временем в ближайшем канализационном коллекторе тот самый ночной лазутчик, цепляясь за ржавые металлические скобы, спускался всё глубже, пока не оказался в зоне абсолютного, непроницаемого мрака.
Вскоре он замер. Привалившись спиной к поросшей склизким мхом кирпичной кладке, мужчина медленно, словно кукла с перерезанными нитями, сполз вниз и осел на зловонный пол.
Его веки тяжело сомкнулись, и он вновь погрузился в глубокое забытье. А прямо перед ним из воздуха соткался силуэт мужчины средних лет, облаченного в темно-красный камзол и выцветшую треуголку. Это был не кто иной, как марионетка Клейна — «Мстительный дух» Сеньор.
Сеньор наклонился и сноровисто обшарил внутренние карманы лазутчика. Улов составил семь сулей и одиннадцать пенсов наличностью, а также небольшой тканевый мешочек, туго набитый всевозможными порошками.
Клейн, находясь в своей спальне и виртуозно дергая за ниточки куклы с расстояния в несколько десятков метров, принялся скрупулезно распознавать изъятые смеси. Как он и предполагал, всё это оказалось перетертыми в пыль травами из домена некромантии. И львиная доля этого арсенала предназначалась именно для проведения спиритических сеансов!
А ведь шансы на то, что баламский Потусторонний окажется выходцем из Пути «Сборщика трупов», были поистине колоссальны. И пускай этот тип мог еще не дотянуть до седьмой Последовательности, гордо носящей титул «Медиума», таскать при себе профильные порошки, эфирные масла и гидролаты было для него в порядке вещей. В конце концов, спиритизм — далеко не единственное их применение.
Не теряя ни секунды, Клейн заставил Сеньора прямо на месте обустроить простенький алтарь и вознести мольбу «Шуту».
Следом юноша воспарил в таинственные чертоги над серой мглой, даровал ответ на собственный зов и позволил марионетке беспрепятственно продолжить задуманное.
Завершив эти манипуляции, он рухнул обратно в материальный мир. Вновь перехватив контроль над «Мстительным духом», Клейн приступил к полноценному спиритическому сеансу.
Пронзив окутывающую сознание жертвы призрачную бурю, сыщик воочию узрел дух лазутчика — мутный, эфемерный и погруженный в свинцовое оцепенение.
— Как твое имя? Кому ты служишь? — глухим, вибрирующим баритоном вопросил Сеньор.
Плененный дух деревянно, безжизненно отозвался:
— Годопс. Я принадлежу к банде «Черный Череп».
«„Черный Череп“… Кажется, это та самая группировка, что промышляет на стыке Восточного района и кварталов Баклундского моста, поближе к докам. Костяк банды сколочен из баламских полукровок. Пусть они и уступают отморозкам из банды Зманге в первобытной дикости и безбашенности, зато славятся пугающей жестокостью и хладнокровием, ничуть не чураясь мокрых дел…» — лихорадочно перебирая в уме агентурные сводки, Клейн заставил марионетку задать следующий вопрос:
— Каковы ваши истинные цели? Что вам нужно от Ричардсона?