Естественно, сломанная система не стала работать так, как надо, и вместо плавного разгона меня ждал резки рывок, а так как внутри не было никакой герметизации, меня всем телом бросило на дверцу капсулы, и я почувствовал несколько сломанных ребер, а скорость оказалась таковой, что я уж подумал, будто меня выкинет нафиг из разбитого окна, хоть оно и было слишком узким, чтобы в него можно было пролезть. Было больно и неприятно, но я знал, что это только начало. Ведь впереди меня ждал открытый космос и падение на планету…
Глава 3
В капсуле, вылетевшей из лайнера, словно пробка из бутылки шампанского, тут же заработали системы ускорения, находящиеся внизу шлюпки, понесшие меня что есть силы в сторону планеты, но была одна проблема. Не знаю, какой умник разрабатывал этот «гроб», но дверца в нем плотно закрывалась только при полной герметизации, а таковой, в связи с отсутствием оконца, не было. И не успел я отлететь от лайнера и как следует разогнаться, как эта дверца распахнулась и меня выбросило наружу. При всем моем желании я не мог ее удержать, даже если бы захотел, так как из-за поломки системы кабина при полете начала слегка вращаться, но и при относительно малой скорости вращения, центробежная сила была слишком велика, из-за даже мне не хватило сил удержать дверцу. Хотя, если бы постарался… Но я не мог еще и потому, что был в открытом космосе.
Я успел почувствовать, и даже увидеть, как на моем теле начал появляться тонкий слой инея, а секунд через десять я попросту потерял сознание. Хотя еще через несколько секунд мой супер-организм устранил эту досадную оплошность, заставив вновь очнуться в темноте космоса. Хотя не очень-то тут и темно. Я продолжал по инерции лететь в строну планеты, которая скоро распахнет передо мной свои горячие объятия. Так и произошло. Через несколько минут я начал входить в верхние слои атмосферы.
Сначала я почувствовал сопротивление, будто влетал во что-то неосязаемое, но все же чувствительное, а потом уже почувствовал давление, нарастающее с каждой секундой в геометрическом прогрессе. Тело одновременно сдавило и стало разрывать, в глазах все поплыло, в ушах, в которых до этого господствовала звенящая тишина космоса и стук сердца, начался настоящий фейерверк, порвавший мне перепонки. И тут же я почувствовал тепло, которое мгновенно переросло в жар, и запах горящей плоти. Но продолжалось это не долго, и не успел я подумать, что все очень хреново, как тело не выдержало танцующего внутри и снаружи вальса, и меня разорвало на части. На поджаристые куски, входящие в атмосферу безжизненной планеты.
Даже не помню, когда я впервые испытал подобное чувство. Чувство абсолютной свободы. Когда я сбросил «легкий скафандр» и прибавил скорость. Зато я помню, что испытал тогда, и после, во второй раз, а потом еще и еще. Иногда даже я специально это делал. Только вот длилось это всегда недолго, поэтому я наслаждался каждой секундой бесконечного ощущения… даже не знаю, как это объяснить. Свободы? Неосязаемости? Причастности? Всеведения?..
Я вышел из тела.
Даже не так — я сбросил лишний груз, освободив душу. Или астральное тело. Не знаю, что у меня там. Я, конечно, давно обучился способности выходить из тела на время, но это совсем другое. В этом случае чувствуется привязанность к физическому куску мяса, которое тянет меня обратно, как ненужный балласт. Но когда от тела почти ничего не остается, я обретаю истинную Свободу, оставаясь в невидимом и неосязаемом облике безликого духа, парящего над Вселенной. Я думаю, что именно так выглядит смерть, и в такие моменты мои мысли уходят далеко в прошлое, когда я думал, лежа на холодной земле под деревом перед сном, о том, кто даровал мне эти силы: бог или дьявол? И в такие моменты я склоняюсь в сторону дьявола, который не дает мне умереть и приблизиться к истине мироздания, ощутить Свободу. Но возвращаясь обратно в клетку телесной оболочки, я вспоминаю, что жизнь не такая уж плохая штука, если перед тобой перекресток из бесконечности путей, из которых ты можешь выбрать любой, и в конце которых обязательно будет что-то интересное и новое. Ведь Вселенная настолько огромна, что мне и вечности не хватит, чтобы все увидеть и познать, поэтому моя жизнь мне вполне нравится.