Да, он ненавидел ее. Но она была одной из наиболее могущественных женщин, на ряду с его матерью, во всем Шеуле. Заручившись ее поддержкой после Апокалипсиса, когда он и его родственнички будут сражаться за превосходство, возможность контролировать землю и человеческие души, у него будет огромное преимущество.
И это будет весело, поскольку он с радостью будет заставлять ее каждую ночь делить с ним брачную постель. Он будет получать огромное удовольствие от ее криков, слез, мольбы о пощаде.
Дрожь предвкушения прошлась по его телу, немедленно перерастая во вспышку ослепляющей ярости. Его план наткнулся на непредвиденное препятствие. Большое и нежелательное, о котором он узнал, едва переступив порог дома Лимос, намереваясь убить его у нее на глазах. Как только он вошел внутрь, проблема стала очевидной.
Он не чувствовал душу Эрика, а значит душой человека уже владел кто-то другой.
Какой-то ублюдок уже заявил права на душу смертного, и теперь Мор должен найти этого кого-то до того, как убить Эрика.
Он понял, что так же, как всё было собрано воедино, так и одна нить начала распутываться.
Но все в порядке. Он над этим поработает. Как всегда. И теперь, когда Люцифер выпустил Сартаэля из тюрьмы, до находки агимортуса Лимос остаются считанные дни.
Мор выбрался из каменной ямы, заполненной кровью адских гончих, в которой купался, чтобы накормить свои доспехи. За спиной он оставил трупы семейства Эмишей, которыми наслаждался, пока все они не умерли.
Пора браться за работу. Он наконец-то усовершенствовал чуму, над которой работал неделями, и человеческую расу ждет неприятный сюрприз.
Переводчики : navaprecious, black_girl, silvermoon
Редактор : natali1875
Глава 9
Более часа Эрик стоял спиной к стене, пожирая глазами сандвич и пирог. Его рот наполнился слюной, а мысли находились в смятении. Если он съест еду, то будет страдать, как ни один человек не страдал до сих пор. Ну, ни один, не считая Эрика, поскольку он уже через это прошел. Несколько раз.
"Ты блядь, тормоз, парень".Голос его отца стучал у него в голове, но какого хрена?
Он не вспоминал жестокого ублюдка с того самого дня, когда тот умер в больнице. Перестал чувствовать к нему что-либо. От него осталась лишь пустая оболочка, как морально, так и физически.
Эрику все происходящее казалось нереальным. Он смотрел на руки, которые постоянно избивали его, Руну и их мать до потери сознания, и видел, какими немощными они стали с кожей, почти прозрачной и тонкой как бумага, посиневшей от следов капельниц и забора крови.
Никогда он не оплакивал преждевременную кончину своего отца. Но сейчас, персонально пережив все ужасы Шеула, он почти сожалел, что проклинал его гореть в аду.
Почти. Потому, что некоторые люди заслуживают попасть именно туда. Сюда. Он ведь все еще находился в аду, и ему не стоит об этом забывать.
Он вдохнул, втягивая в себя сладкий аромат пирога, ведь демоны не станут его бить за то, что он дышит.
Он это знал наверняка, проверял их снова и снова, подходя так близко к запретной пище, как только мог, и делал глубокий вдох, наполняя свои легкие воздухом, как если бы мог впитать калории таким способом.
Такой. Блядь. Голодный.
Он выругался, длинным трехэтажным матом, а потом обратил внимание на одежду.
Черные спортивные штаны были слишком длинные и широкие в талии – кто, черт, носит эти вещи – но завязки сделали свое дело и брюки сели достаточно плотно, так что не приходилось волноваться, что они с него спадут. Футболка, черная, с надписью "Гиннесс" подошла лучше, но все равно была немного великовата в плечах.
Дверь открылась и Эрик напрягся, ожидая, что сон рассеется, и он опять увидит свою камеру.
Вместо этого, демоница, выглядевшая как Лимос, зашла в комнату и поставила тарелку и пластиковую бутылку на пол. Хоть он и был голоден как волк, все же он никак не мог оторвать от нее взгляд и посмотреть на еду.
Они идеально скопировали ее облик, вплоть до глаз, цвета драгоценных камней, шелковистых черных волос и загорелой женственной фигуры, что любого парня заставила бы ползать у ее ног.
Он кончил на это роскошное тело.
Демоны, наверное, здорово над ним посмеялись, Эрику же просто блевать хотелось от всего этого. Ублюдки.
Он подождал пока женщина заберет предыдущую еду и уйдет из комнаты, тогда подполз поближе. Он осмотрел бумажную тарелку, покрытую пятнами, и не смог понять, что за кучка была на ней наложена.
Выглядело это месиво так, будто было выскреблено из внутренностей животного. Наверное, так оно и было.
Согнувшись, он понюхал то, что лежало на тарелке. Не воняло гнилью. Скорее, наоборот, пахло чем-то знакомым. Он опять понюхал, и моргнул в удивлении. Собачья еда? Теперь они будут кормить его собачьими консервами?
О, к черту, это было невероятное улучшение по сравнению с неподдающимися опознанию разложившимися органами и трупами животных недельной свежести. Он посмотрел на пластиковую вилку в недоумении. Ему никогда не давали приборов, которые можно использовать как оружие.
В какую игру они с ним играли?
Все равно. Он умирал от голода. Эрик попробовал и застонал от блаженства. Это было восхитительно. Лучшее, что он ел на протяжении недели, и оно реально напоминало еду.
Какую-то колбасу, возможно. Да, люди в наши дни отлично кормят собак.
Он втяну в себя запах пищи, облизал тарелку и выпил воду. Он уже наглотался воды из крана в ванной, так что пить не хотел, но чистая, ледяная жидкость в бутылке была на вкус, как маленький кусочек Рая.
В дверь тихонько постучали, и Эрик забеспокоился, что же последует дальше.
Обычно, после еды у него было немного времени для отдыха перед началом пыток. Но, иногда, демоны решали, что будет весело проверить сколько боли он сможет выдержать прежде чем его вырвет.
Демон, что притворялся Лимос, вошел в комнату.
– Я принесла тебе одежду. – Она бросила на кровать армейскую сумку с его именем.
– Где ты это взяла?
– Кинан...
Не думая, Эрик бросился на девушку, впечатал ее в дверь и схватил за горло.
– Откуда ты знаешь про Кинана?
Она вцепилась в его пальцы, у нее было достаточно сил, чтобы не дать себе задохнуться:
– Эрик, послушай, – она жадно втянула воздух,– Это все реально. Я знаю Кинана, потому что он помогал нам. Когда целостность Печати Ареса была под угрозой. Ты тоже помогал.
Как долго будет продолжаться это промывание мозгов? Он отпустил ее и отступил назад, зная, что заработал себе жестокое и долгое избиение за то, что посмел напасть на одного из своих смотрителей. Господи, он сойдет с ума ожидая, когда же это случиться.
Пытки было гораздо легче перенести, чем неизвестность. Ублюдки придумали новый способ, чтобы свести его в могилу, и он работал.
Итак… хорошо. Он поиграет в их игру.
Было очевидно, что им приходилось хорошо постараться, что весь этот вздор был реальностью, поэтому он даст им возможность посмотреть, каким он был до заключения в мерзкой темнице.
Он возьмет ситуацию в свои руки и быстро докажет, что четко контролирует происходящее в его голове.
– Значит, – он пинком откинул бумажную тарелку в сторону, – я действительно на Гавайях, а ты та, за кого себя выдаешь. Всадница, из-за которой я угодил в ад.
Темная бровь немного приподнялась:
– Так ты веришь мне?
– Я готов попытаться.
– Теперь ты можешь называть меня по имени.
Черта с два.
– Это вряд ли. Я не собираюсь рисковать. А теперь расскажи, почему именно мои похитители хотели его из меня выбить?
Она провела рукой по волосам, и хоть все было ненастоящим, его пальцы зачесались сделать то же самое: