Я полностью согласна. Отпиваю из бокала и морщусь от кислого вкуса игристого. Никогда не любила его.
К Хэйденам подходит другая пара, и они переключаются на знакомых. Я благодарю за знакомство и увожу Лиама. Возле бара мы обнаруживаем Мию, которая уже пригубила не один бокал и смеётся над словами бармена, запрокинув голову.
— Как твои дела? — приобнимаю за плечи подругу.
— Лучше не бывает! Мы обменялись контактами, и она обещала почитать несколько глав и дать свои рекомендации.
Я от души поздравляю подругу. Вечер подходит к концу, и большая часть приглашённых уже покинула приём. Мы, поговорив со всеми интересующими нас людьми, тоже решаем уйти. Надевая пальто, я стараюсь игнорировать горечь разочарования. Эванс так и не объявился. Хоть мне неловко его видеть, но я всё же хотела его поблагодарить за помощь. Но, возможно, это и к лучшему.
Лиам отвозит меня и Мию домой. Разувшись, я, как была в пальто, падаю на диван в гостиной. Нос начинает щипать от собравшихся слёз, я прикусываю губу, чтобы их сдержать, но в итоге контроль летит в трубу, и я даю волю слезам. Тело сотрясают беззвучные рыдания, и я даже не понимаю, почему плачу.
Какая глупость!
Не могу сдержать злости на себя и свои чувства, и в сердцах ударяю по диванной подушке. Смахиваю слёзы и решаю встать, когда тишину комнаты нарушает громкий стук в дверь.
Глава 11. Лили
Стук повторился. Кто-то нещадно барабанит в дверь, точно разбудив добрую половину дома.
Что за чёрт?!
Не чёрт, а пьяный англичанин. Хотя разница невелика. Он продолжает барабанить по воздуху, когда я открываю дверь. Другой упёрся в дверной косяк, а голова безвольно свисает на грудь.
— Профессор?..
Голова Эванса дёргается, и он поднимает затуманенный взгляд. Не спрашивая разрешения, оттесняет меня в сторону, проходя в комнату.
— Что вы здесь делаете?
Он молчит, разворачивается ко мне лицом, запускает руки в карманы и кивком указывает на дверь:
— Закрой.
Делаю, как велено, не желая тревожить соседей, потому что чувствую, что нахожусь в одной минуте от того, чтобы начать психовать. Он подходит ближе, его глаза фокусируются на моём лице, а лицо из раздражённого становится озабоченным.
— Почему ты плакала? — он протягивает руку и стирает указательным пальцем влагу с моей щеки.
— Это вас не должно волновать, — я уклоняюсь от его рук, замечая в серых глазах обиду, от которой режет сердце.
— А если я хочу, чтобы волновало?
Теперь уже не отвечаю я. Прохожу мимо него, снимаю пальто и вздрагиваю, когда его горячие пальцы касаются кожи плеч, помогая снять одежду. Я резко вдыхаю и отхожу на кухню, чтобы налить воды. Мне нужно держаться от него подальше — возможно, так я смогу противостоять странному желанию прижаться к нему и потерять себя в его прикосновениях.
— Почему ты меня избегаешь? Не хочешь поговорить о том, что произошло?
Я утыкаюсь взглядом в кухонный остров и молча мотаю головой.
— Нет? Почему?
— Нечего обсуждать, — я не узнаю свой голос: он звучит плоско. Я рискнула поднять голову и встретилась с серебристым взглядом. — Это была ошибка.
— Я не делаю ошибок, — резко бросает он. — Я знал, на что иду. И я точно знаю, что ты тоже. Так в чём же дело? — он наклоняет голову, с любопытством заглядывая мне в лицо. — Это из-за того, что я твой преподаватель? Или это из-за этого мальчика, которого ты привела?
— Хотя бы, — я безразлично пожимаю плечами. — И его зовут Лиам. А ты не забыл про тот факт, что у тебя самого есть девушка?
— О чём ты? — он подаётся вперёд, кладя локти на столешницу. И, подумать только, на его лице действительно написано недоумение!
— Ава. Девушка, которая живёт в этом же здании, — я указываю на потолок, где находится её квартира.
Эванс улыбается, как дурак:
— Это моя сестра.
Вот оно что. Я прилагаю усилия, чтобы контролировать своё лицо и не выдать идиотскую улыбку, но меня тут же накрывает злость на себя — насколько сильное облегчение я испытала, услышав эти слова.
— Это многое объясняет, — бормочу я. — Но ничего не меняет.
Он медленно обходит остров и приближается ко мне, ставя одну руку рядом со мной и нависая с высоты своего роста. Я чувствую древесный аромат его парфюма и слабый, шоколадный запах виски. Итан тоже любил приложиться к бутылке, а потом приложиться к моему лицу кулаком, и это воспоминание резко отрезвляет меня.