Джеймс легко смеётся, отчего его член внутри меня приходит в движение, стирая с моего лица усмешку.
Он вскидывает голову, смотря на меня из-под очков, которые всё ещё на нём:
— Так это был тест-драйв?
— Конечно. Я не хочу брать кота в мешке, — на моём лице расползается улыбка.
Джеймс улыбается и качает головой, выходя из меня. Идёт в ванну, и вскоре я слышу шум воды.
Я потягиваюсь. Всё тело уже ломит от приятной боли, а кости превратились в желе. Накрываюсь одеялом. Без тепла его тела в постели стало прохладно. Поворачиваюсь на бок и незаметно для себя погружаюсь в сон.
Меня будит лёгкий поцелуй в затылок, сильная рука обхватывает за талию, притягивая к груди, окутывая меня теплом и запахом чистой кожи.
— Я могу остаться на ночь? — шепчет он.
— Только сегодня.
— Только сегодня, — вторит он и зарывается носом в мои волосы.
Глава 12. Лили
Утром я просыпаюсь, вскакиваю с кровати, судорожно прижимая к себе одеяло, когда вспоминаю о прошедшей ночи. Я надеюсь, что секс с профессором — игра моего воспалённого воображения. Но смятые одеяла, устойчивый аромат другого человека, повисший в комнате, и приятная боль во всём теле говорят об обратном.
У него хотя бы хватило ума слинять до того, как я проснусь. Принимаю душ, и, когда выхожу из ванны, лениво вытирая волосы полотенцем, слышу, как со стороны кухни раздаётся звон посуды.
Всем будет лучше, если мне показалось.
Я натягиваю шорты, майку и носки, потому что мои конечности обладают способностью мерзнуть даже в жару.
Джеймс стоит спиной к двери. На нём только брюки, и в дневном свете его тело выглядит ещё более впечатляющим. Несколько минут я наблюдаю, склонив голову, за его движениями. Как он легко и непринуждённо справляется с приготовлением завтрака.
Стоп. А где он взял продукты? В моём холодильнике максимум можно найти сыр, покрытый далеко не благородной плесенью, и, возможно, пару просроченных йогуртов.
— Что ты здесь делаешь?
Я хочу, чтобы мой голос звучал грубо, но вместо этого он скорее тихий и смущённый.
— А на что это похоже? — не отрываясь от дела, он оборачивается через плечо. — Готовлю завтрак.
— Очень остроумно.
— Давай не будем начинать утро со споров. Мы спокойно сядем, позавтракаем, и я уйду. Не думаю, что нас сблизит совместное поедание яиц больше, чем произошедшее вчерашней ночью. — Он раскладывает омлет по двум тарелкам и ставит одну напротив меня. — Сядь.
Всем своим видом выражая негодование, я всё-таки делаю, как велено. Джеймс садится напротив и нависает надо мной горой своих мышц. Я чувствую тепло его кожи, её запах. Это отвлекает. Мне хочется прижаться к его широкой груди. От этих мыслей горит горло и вспыхивают щёки, поэтому следующие слова я произношу с хрипотцой:
— Не хочешь надеть рубашку?
Он вскидывает голову, и его глаза темнеют, отливая ртутью. Он медленно накалывает омлет на вилку и со смешком смотрит на меня:
— Не-а. Хочу смотреть на твой очаровательный румянец, — протягивает руку и нежно проводит по скуле, убирая волосы за ухо, от чего я краснею ещё больше.
Я пробую еду и чуть ли не стону. То ли от того, что я сильно проголодалась, то ли это действительно очень вкусный омлет. Мне хочется спросить, где он научился готовить, но я не позволяю себе этого. Я не хочу его узнавать. Лучше пусть он остаётся великолепным дарителем оргазмов и не более.
— Тебе не стоило покупать продукты, но спасибо за это и за еду, — совсем уж не поблагодарить, грубо.
— Мне несложно, — он пожимает плечами. — А тебе нужно лучше питаться. Молодость многое стерпит, но не простит.
Я поднимаю брови. Это что, один из тех моментов, где взрослый дядя будет учить меня жизни?
— О, спасибо за совет.
Он явно слышит издевку в моём голосе, потому что его глаза опасно щурятся.
— Почему ты решил стать преподавателем? — хочу отвлечь.
Лёгкий смешок сотрясает плечи. Почему-то это выглядит так мужественно и так в его стиле, что я чувствую, как моя киска сжимается, а бельё становится мокрым. Грудь жжёт раздражение. Стоит ему повести бровью — и можно идти выжимать трусы.
— Не знаю, — он пожимает широкими плечами. — Мне всегда нравилось писать, а потом оказалось, что нравится учить других.
— У тебя есть опубликованные книги?
Он удивлённо приподнимает бровь, и я вижу в серых глазах лёгкую обиду.
— То есть ты не потрудилась поискать, я даже не говорю про прочитать, книги своего преподавателя? Моя личность для тебя хоть какой-то интерес представляет?
Я хихикаю в кружку. Он делает вид, что злится, встаёт и накидывает на себя рубашку.