– Антонина Михайловна, я вас умоляю. Пока вы думаете, вас опередит другая - без лишних условностей в голове.
– Наверно вы правы. Попробую аккуратно спросить его о дальнейших планах.
– Вам стоит поторопиться, - подтрунивала Иветта. - Пригласите его куда-нибудь.
– Куда?
– Ну не знаю... Например в театр или кино.
– Точно! Последний раз была в кино лет двадцать назад в ДК "Молодёжный".
– "Молодёжный" давно не работает. В Торговом центре "Алмаз" отличный кинотеатр. Зал большой и кресла удобные. Попробуйте пригласить Валентина туда.
– После работы заскочу за билетами. Ждать больше нет смысла. Надо "брать быка за рога".
– Хорошо Валентин вас сейчас не слышит.
Коллеги расхохотались до слез. А потом, успокоившись Иветта спросила: "Ничего интересного не произошло, пока я была в лаборатории?"
– Нет, все, как обычно. – Антонина достала пудренницу и принялась поправлять макияж. – Вы сегодня пробыли там дольше, чем обычно.
– Работы много.
– Знаете о чем я подумала, Иветта Алексеевна? Вы так много времени уделяете опытам! Исследование прионов очень захватывает вас.
– Без энтузиазма такие вещи делать не возможно.
– Что правда, то правда. Я не была знакома с вашим отцом, но мне почему-то кажется, что он с таким же жаром отдавался исследованиям прионов... – Антонина Михайловна осеклась, поняв, что восхищение Иветтой, заставило ее сказать лишнее.
Иветта слушала глядя в монитор и согласно кивала головой. Но в следующую секунду, до неё дошёл смысл сказанного. – Что? – удивлённо спросила она. – Вы говорите про моего отца? – Нет-нет, Иветточка, я хотела сказать – Дмитрия Игоревича, – смущенно залепетала коллега. – Нет, вы сказали, что не были знакомы с моим отцом, но вам кажется…, – Иветта испытующе посмотрела на Антонину Михайловну. – Я сегодня не выспалась и говорю что-то невпопад. Конечно, я имела в виду Дмитрия Викторовича. Он ведь для вас как отец. – Конечно, он для меня как отец. Но вы выразились довольно не двусмысленно. Вы говорили о моем родном отце – об Алексее Золотом. Дмитрий Викторович всегда уверял меня, что идея изучать прионы принадлежит именно ему. Мой отец изучал в Малайзии лихорадку Зика, а ни как не прионы. Зачем было скрывать это от меня. – Иветта Алексеевна… – Все, – она сделала рукой жест, предлагающей коллеге молчать. – Я не хочу слушать вранье. Антонина Михайловна прикусила язык. Как глупо было проболтаться Иветте. Пару лет назад она натолкнулась на записи Алексея Золотого, ясно говорящие о начале исследования им прионных болезней. Тогда Дмитрий Викторович, как бы шутя, заявил, что поспособствует увольнению коллеги, если она расскажет об этом Иветте. Антонина Михайловна не любила совать нос в чужие заботы и решила, что молчание станет лучшим решением. И вот, теперь, так глупо все выболтать. Она понимала, что Дмитрий Викторович будет зол. И нужно придумать, как загладить вину. Ведь терять место ей совсем не хотелось. Иветта негодуя и не понимая, зачем отчим обманывал ее, направилась в его кабинет. Постучав в дверь, и услышав разрешение, Иветта вошла. – Дмитрий Викторович, мой отец занимался изучением прионов? – выпалила она с порога. Профессор откинулся на спинку кресла и изучающе посмотрел на Иветту. – Кто сказал тебе такое? – Просто ответьте на вопрос, прошу вас, – сказала она спокойным тоном. – Да, занимался, – заведующий видел, что спорить с приемной дочерью на этот раз не имеет смысла. – Значит исследование прионов не ваша идея? Вы продолжили дело отца? Он молчал. – Если бы я не знала вас, Дмитрий Викторович, то могла бы подумать, что вы украли чужую идею. – Дело не в этом. – А в чем? – Я думаю тебе лучше присесть. Иветта отрицательно покачала головой. Профессор перевёл дух и продолжил: – Прионы для нас – это не просто интересная научная тема. Всё гораздо сложнее. Они сыграли роковую роль... – Неужели гибель наших с Валерием Игоревичем отцов связана с прионами? – Осторожно спросила Иветта, надеясь получить отрицательный ответ. Она знала, насколько мучительна гибель от болезни, вызванной этими уникальными возбудителями. Заведующий колебался. – Связана? – Иветта не отступала. – Да, их смерти связаны с прионами. Я не хотел расстраивать тебя. И сейчас могу сказать лишь одно: Алексей Золотой и Игорь Северов погибли трагически в Папуа-Новой Гвинее, а не в Малайзии. И теперь мы не должны прекращать исследования – чтобы не случилась ещё одна трагедия.
– Какая трагедия?
– Сядь, и мы спокойно поговорим.
– Я не могу сидеть на месте - слишком взволнованна.
– Значит нам следует отложить этот разговор.
– Скажите, в чем дело, - голос Иветты скрывался на крик.