Я осознал, что это Винсент. Утробным завыванием невероятной силы, которое эхом разошлось по округе, он показал себя. В этот момент сшитый рот слегка приоткрылся и я заметил, что ни зубов, ни языка у него не было. Из приоткрытого рта хлынул поток крови, губы надорвались, глаза его также стали сочиться кровью сквозь запёкшуюся корку.
Он с остервенением душил меня. Сдавливал горло как в последний раз, разминая об мою трахею свои мертвецки бледные пальцы.
– Д-джо... – хрипел я.
Тело моё судорожно дёргалось. Онир безостановочно ревел своим утробным голосом, оглушая меня и заглушая мои громкие хрипы.
– Д-джо... Д-джо...
Он сидел на земле и боялся поднять голову. Лишь закрыл ладонями уши и изредка, украдкой поглядывал на нас, трусливо пряча глаза. Мать твою, посмотри на меня! Это я, Джон! Джон!!!
– Это я... Джон... – хрипел я.
В глазах темнело. Нет, не таким должен быть мой конец... Только не сейчас. Я ведь не смогу спасти его, если он убьёт меня. Он не остановится и обязательно убьёт и Джо. Мои глаза закрываются... Я не слышу звуков... Это...
– ДЖОН!
Моё тело падает на землю. Капли жидкости брызгают на моё лицо. Огромным вдохом, словно я хочу поглотить весь воздух этого мира, я буквально проталкиваю живительную силу в лёгкие. Я силюсь приоткрыть глаза и вижу, что отрубленные руки Винсента всё ещё держат меня за шею, поливая кровью моё тело.
Джо с мачете в руках смотрит на Винсента и пятится назад, поближе ко мне. К нашему общему удивлению Винсент вопит от боли, швы на губах рвутся и рот его заливает кровью. Из обрубленных рук льётся кровь, он беснуется и носится по куску дороги, голося на всю округу. Куски плоти, лежащие в огромных количествах тут и там начинают распадаться на пыль Подсна. Он... Бежит?
Мгновение спустя исчезать начинает и асфальт. Винсент обессиленно падает на колени и распадается на части, которые тут же уносит в холодную тьму. Сон становится нестабильным и вот-вот должен закончиться, потому как Винсент сбежал.
– Джон? Это правда ты?
– Кх... Кх... Джо...
– Да-да, я здесь! Я здесь, брат!
– Кх... Бе... Беги.
– Что? Бежать? Ку- – он проваливается сквозь уходящие в Подсон пески.
Уже вот-вот. Ещё минуту. Ещё чуть-чуть...
Сон заканчивается. Ещё никогда прежде я не был так близок к смерти. Никогда прежде я не попадал в руки Онира на такое долгое время, никогда прежде сам Онир не пытался меня убить. Если бы не Джо, если бы он не увидел моего лица, когда в очередной раз украдкой посмотрел на нас...
Моё обессиленное тело проваливается сквозь материю прямо в Подсон, и не куда-нибудь, а в то самое место, где сидел Морфей. Я крайне болезненно приземляюсь на бревно, и на короткий миг теряю сознание от боли. Такой бесславный конец. Такая глупая смерть. Если бы только не он... Человек, почти не знакомый со мной, спас мою жизнь. Одновременно с этим он спас и свою жизнь, решившись на сумасбродно смелый поступок.
Спустя пару минут я всё же прихожу в себя и поднимаюсь на ноги. Другого и не стоило ожидать – мой мир трещит по швам. Гигантская статуя меня самого разваливается на куски, расколовшаяся голова огромными осколками осыпает этот жалкий клочок земли. Мне больно. Моя душа сейчас раскалывается на миллиарды осколков, ведь я осознаю, что это – конец. Я не хочу просыпаться. Я знаю, что если проснусь, то не смогу вернуться обратно. Я навсегда застряну в мире, где моё тело и разум – рассадник проблем для других людей. Где меня ожидает лишь боль и мучительные галлюцинации, и теперь ведь даже неизвестно, насколько серьёзными они будут после такого...
Я не знаю, что мне делать... Ведь... Я стою на границе невозможного мира. Лучшего из миров, какие мне только удалось застать за последнее время. Ни единого изъяна, совершенная чистота и удивительная красота. Вероятно, что ни один даже самый мощный компьютер не способен воссоздать хотя бы приблизительно уникальный и безупречный мир, похожий на этот. Ни одна трёхмерная анимация не сравнится с обитающими здесь видениями, одним своим видом нагоняющие страх и неподдельный ужас. К счастью, ко всему привыкаешь. Совсем скоро тебе становится не по себе, когда ты перестаёшь ощущать этот леденящий кровь холод, пронизывающий каждую клеточку во время того, как одно из видений проходить сквозь твоё тело.
Этот мир меняется по своей собственной физике, создаёт предметы исходя из собственной математики и химии, заселяется людьми следуя собственным представлениям о добре и зле. И к сожалению, добро и зло ходят рука об руку. Ни одному известному мне человеку не удалось избежать влияния необычайных пейзажей и завораживающей силы, что так рьяно лезет во все щели твоего тела.
Мир снов. Лучший из миров. Невозможный до такой степени, что одним только усилием мысли он может исчезнуть, взмах меча развеет любое сновидение, а пуля, выпущенная из пистолета, останется висеть в воздухе до подходящего момента. Не стоит думать, что раз это твои сны, то ты здесь царь и бог. Проходили, знаем. Всегда существует вероятность, что ты повстречаешь незнакомого тебе человека, который появится глубоко из недр подсознания. Ты видел его всего раз – может быть, это была девушка, что обслуживала тебя в магазине техники, а может и случайный прохожий, который задел тебя плечом и всего на миг обернулся, чтобы буркнуть холодное "извините". Я не стану лгать – это всегда страшно. Всегда с ужасом наблюдаешь за тем, как незнакомец подходит к тебе и пытается о чем-то рассказать, попросить о помощи, а то и вовсе защитить от кошмара.
Печально наблюдать за тем, как такие миры превращаются в прах. Разваливаются на куски, больше не подвластные ни уникальным физике, химии и математике, ни человеческим желаниям, благодаря которым этот мир и был создан. Присев на гигантский осколок моей мраморной головы, что приземлился в жалких миллиметрах от моего тела, я невероятно тяжело вздохнул и ухватился за рёбра, которые, вероятнее всего, были сломаны в нескольких местах. Голова раскалывалась, с виска текла ещё тёплая струйка крови, которую я размазал по лицу.
Буря возникла прямо над головой – оглушительно заревел ветер, иллюзорные деревья превратились в ошмётки, которые не встречали препятствия на пути и проходили сквозь моё тело, словно меня тут и не было. Ещё один признак того, что миру конец. Чернеющие тучи излились стеной дождя, но стоило первой капле достигнуть сухой земли, как остальные капли повисли в воздухе. Я приподнялся с осколка и в очередной раз пожалел о том, что мир снов для меня потерян. Красота, какую не описать ни словами, ни картинами – всё равно будет не так живописно и правдоподобно. Мириады капелек, которые в свете восходящего солнца переливаются всеми цветами радуги, создавая невообразимый по своей уникальности вид.
Стоило мне провести рукой по одной капельке, как она легко поплыла по воздуху и, зацепив несколько других капелек, слилась в одну большую. От этой капли более мелкие отскакивали, как бы обозначая – это предел, больше она в себя не возьмёт. Тогда возникла цепная реакция – капля за каплей, целое облако двинулось во все стороны, сливаясь и расталкивая более мелкие капли дальше, дальше к солнцу.
Меня шатнуло от ещё одной вибрации. Дрожь, подобная землетрясению, обвалила прямо передо мной огромную зияющую дыру в земле – скорее всего, где-то недалеко приземлился осколок покрупнее. Пропасть была настолько гигантских размеров, что упади в неё целый метеорит, я вряд ли бы смог увидеть то, как он её закроет. Тяжёлые мысли наводнили голову – если я не сделаю этого сейчас, то другой возможности не будет, я останусь в этом мире навсегда и умру так, как умирают люди во снах. На тот момент я ещё хотел пожить, знаете ли, потому отчаяние довело меня до этой попытки. Но... В самом ли деле я хочу возвращаться домой? Может, смерть во сне и не так страшна, как я думал? Это безболезненно, быстро, гуманно...
Во мне боролись две угнетающих мысли – остаться в мире снов и умереть без боли, или же вернуться в реальный мир и остаться бесчувственным овощем, который до скончания дней будет мучиться от кошмаров и галлюцинаций, многократно усиленных раздробленным сознанием?
Я сделал свой выбор. Я просто поплыл по течению. Попытался заснуть в момент, когда падаю в пропасть. Если сон придёт – я буду жить. Если нет – засну навечно.
Я медленно подошёл к обрыву и грузно осел на колени. Как я и предполагал, у пропасти не было ни конца, ни дна. Единственная слеза прокатилась по молодой коже и скользнула в неизвестность, унося вместе с собой боязливость и мысль "А что же будет, если не получится?". Я закрыл глаза и склонился над пропастью, тело обмякло и меня потянуло вниз, в бездну. Сон не пришёл, как бы мне этого не хотелось. Что ж, других вариантов в запасе не было...